Книга Попаданка на Рождество, страница 92 – Рая Вельс

Это было прекрасно.

И страшно.

Потому что я понял цену, прежде чем она была названа до конца.

Алиса стояла неподвижно, только волосы её развевались в вихре силы, а лицо оставалось спокойным, будто она принимала не утрату, а давно выбранную судьбу.

Первым отделился Огонь. Он вспыхнул высоким золотым пламенем, коснулся её груди там, где билось сердце, и взмыл вверх, растворяясь в сводах пещеры.

Следом ушла Вода — серебряной волной скользнула по её ладоням, как прощальное прикосновение, и растаяла в озере света.

Воздух обвил её плечи невидимым дыханием и исчез, унося с собой последние отголоски бури.

Земля дрогнула под ногами, мягко признавая её право, и отпустила свою силу обратно в глубины скал.

Свет задержался дольше всех. Он озарил её лицо так нежно, будто хотел запомнить каждую черту, а потом рассыпался тысячами искр.

Последней осталась Тень. Она коснулась её волос, её щеки, её спины, словно оберегая до самого конца, и лишь затем беззвучно растворилась за её плечами.

Когда всё закончилось, Алиса пошатнулась.

Я оказался рядом прежде, чем она успела упасть, и подхватил её за талию.

Она подняла на меня взгляд и слабо улыбнулась.

Живая.

Просто живая.

И почему-то именно в этот миг она показалась мне сильнее, чем когда-либо прежде.

Но богиня ещё не закончила.

Она повернулась ко мне.

И впервые за долгое время я почувствовал себя не воином, не победителем, а мальчишкой перед бурей.

— Совет утратил право вести этот мир, — сказала она. — Тот, кто правит без мудрости, лишь продлевает хаос.

Шесть кругов вспыхнули за её спиной ярче.

— Вернард, потомок огненного рода, крови того, кто однажды спас эти земли. Я возвращаю корону, упразднённую страхом. Возьми её и стань тем, кто поведёт народ.

По толпе прошёл вздох.

Многие уже смотрели на меня как на правителя.

Я же смотрел только на Алису.

Она стояла босая, с мокрыми от света волосами, уставшая, прекрасная, живая.

И вдруг я понял, чего хочу на самом деле.

Не трона.

Не власти.

Не новых клятв.

Я поднялся с колена.

— Я благодарен за честь, — сказал я спокойно. — Но всю жизнь я выбирал долг. Сегодня впервые выбираю себя.

Мой взгляд нашёл Алису.

— И свою истинную.

Тишина длилась одно сердце.

Потом богиня рассмеялась.

Не насмешливо.

С радостью.

— Наконец-то, — сказала она.

Сияние начало рассеиваться.

— Тогда пусть миром правят те, кто ещё умеет слушать друг друга.

Её фигура растворилась в свете.

Я думала, что потеря силы будет похожа на обычную усталость.

На ту самую, человеческую, понятную и даже в каком-то смысле честную: когда дрожат ноги, тяжелеют плечи, хочется лечь лицом в подушку и объявить всему миру, что героические подвиги на сегодня закончены.

Оказалось, нет.

Это было похоже на то, будто внутри меня внезапно распахнули огромные двери и вынесли всё, что успело стать частью меня.

Тепло стихий.

Тихий отклик мира.

Чувство, что земля слышит мои шаги, ветер различает дыхание, а свет узнаёт прикосновение.

Всё исчезло разом.

Я стояла среди смеха, слёз, радостных криков и объятий, среди народа, который только что получил свободу, дом и будущее, а внутри чувствовала такую пустоту, что от неё хотелось согнуться пополам и обхватить себя руками, словно можно удержать то, что уже ушло.

Но я стояла прямо.