Книга Наследие Десяти, страница 119 – Рия Райд

Меня трясло. Кровь шумела в ушах, заглушая общий поток звуков, но я заметила, какое впечатление сказанное произвело на окружающих. Гул стих, и две сотни любопытных глаз вновь устремились в мою сторону.

— Что тогда, Ваше Высочество? – выплюнула я, чувствуя, как внутренности сводит от боли.

Андрей поднял на меня взгляд, полный ярости, и его лицо моментально стало серым.

— Считаете себя в праве оспаривать мое решение, мисс Эйлер? – Он говорил тихо, но его слова вдруг показались мне оглушительными, словно их кричали мне в ухо. – Смеете задавать мне вопросы, когда отвечать на них – ваша задача?

— Тебе не нравятся мои вопросы? Они смущают тебя? – Мой голос сорвался на крик. – Так привыкай! Ты рвешься к жизни, где тебе ежедневно нужно будет отвечать на вопросы! Это станет ее смыслом. С утра до ночи ты только и будешь делать, что отвечать на долбаные вопросы! – Я задыхалась, пока мое тело била дрожь. – Проблема в том, Андрей Деванширский, что ты ослеп. Перед тобой сидит горстка алчных людишек из лиделиума, и ты видишь только их, будто только перед ними ты в ответе. Но это ложь! За твоей спиной миллиарды. Миллиарды людей, что стоят в тени и ждут, пока ты заметишь их и ответишь на чертов вопрос! И однажды их терпению придет конец. – Мой голос надломился. – Если ты не способен сделать даже это, то зачем им отдавать за тебя жизнь?!

София Бренвелл в ужасе вздрогнула, когда Андрей подскочил на месте и его лицо перекосило от ненависти, боли и отвращения, а в глазах потемнело от гнева. Зал взорвался. Я заметила, как Нейк Брей замер и с невысказанным изумлением посмотрел в мою сторону, но испепеляющие меня на месте зеленые глаза – единственное, что действительно имело значение.

— Что вы сказали? – словно эхо, отозвался Андрей, сглотнув.

Чувствуя, как к горлу подкатывает ком, я, в панике хватая ртом воздух, обхватила себя руками и огляделась. Очертания комнаты становились расплывчатыми, и за пеленой слез я уже едва различала силуэты членов собрания.

— Я… прошу прощения… – Мой собственный слабый голос показался мне чужим. – Я не имела права…

Пошатнувшись, я провела ладонью по мокрому лбу, пытаясь разобрать очертания помещения. Комната кружилась в бешеном танце. Рот наполнил металлический привкус. Похоже, я окончательно искусала губы в кровь.

— Мы явно переоценили ваши возможности, мисс Эйлер, – донесся до меня отдаленный голос Андрея. – Ваше психическое состояние вызывает у нас серьезное опасение. Похоже, вы и правда непригодны. Передайте доступы Доре, она займется этим без вашей помощи. А сейчас, думаю, вам лучше уйти.

Его глаза – единственное, что имело значение. Его глаза. Все больше теряя связь с реальностью, я пыталась разглядеть их, когда кто-то, мягко взяв за локоть, потащил меня прочь из зала.

— Мне так жаль… – бессвязный шепот потонул в воющем возмущении толпы. – Я не хотела…

Кажется, не в силах смотреть на меня, Андрей отвернулся. Когда дверь захлопнулась за спиной, я бросилась прочь. Грудь словно сдавливало тисками: мне нужно было как можно скорее найти выход на улицу, как можно скорее убраться отсюда.

— Мария, постой, – донеслось из-за спины.

Приложив тыльную сторону ладони к губам и пытаясь остановить кровь, я отшатнулась, предупреждающе выкинув руку вперед.