Онлайн книга «Пламя Десяти»
|
— Если предположить, что, вызволив Брея с Тэроса, нам удастся покинуть Орифскую систему, сколько времени займет обратный путь? – устало уточнил Лаим Хейзер, дождавшись своей очереди. — Около двенадцати часов, – отозвался Рейнир. — Почему так долго?! — Из-за прыжков в гиперпространстве. Между Орифской и ближайшей подконтрольной нам системой более двухсот световых лет, – ответил за него Андрей. – Для того чтобы преодолеть их быстрее, понадобится несколько гиперпрыжков. Около… семи, я полагаю. Верно? – бегло уточнил он у Триведди. — Верно, – осторожно подтвердил геолог. Андрей сделал вид, будто не заметил его удивления. — Выйдя из Орифской системы, мы не сможем сделать больше трех прыжков. Они фиксируются спутниками даже на расстоянии десяти световых лет. Мы сможем временно скрыть сигнал корабля, но след от гиперпрыжка убрать невозможно. Даже три прыжка с разницей в четыре земных часа – это огромный риск. Уже не говоря о том, сколько гиперпрыжки требуют топлива… В пути наверняка потребуется не одна дозаправка. – Андрей бросил быстрый взгляд в сторону Триведди и кротко улыбнулся. – Вы меня поправьте, если я не прав. — Это ни к чему. Все так, как вы говорите. На этот раз Андрей улыбнулся шире и поспешил отвести глаза прежде, чем Рейнир Триведди смог бы заметить в них отблески ликования. — Двести световых лет – не так уж и много! – возмутилась миссис Ронан. – Есть корабли, которые смогут преодолеть это расстояние в три прыжка… — Боюсь, они будут слишком большими и заметными, – предположил Андрей. — Сигнал таких кораблей засекут еще до того, как они войдут в Орифскую систему, – добавил Рейнир. Вопросы, теории и предположения сыпались на геолога, не заканчиваясь. Иногда терпеливо, а иногда с плохо скрываемым раздражением он отбивался от них, как от назойливых мух. После двух часов бессмысленного допроса даже у Триведди, чей запас язвительных комментариев, казалось, никогда не иссякнет, не осталось сил ни на сарказм, ни на насмешки. Когда Андрей подошел к нему после собрания, он выглядел злым и уставшим. Однако стоило их взглядам встретиться – Рейнир выпрямился и даже протянул ему руку. Андрей ответил ему тем же. — Спасибо, что присоединились к нам сегодня. Если бы не вы, битва с миссис Багговут продлилась бы еще не одну неделю. — Значит, это было ваше приглашение? Я почему-то полагал, что это была инициатива Лаима Хейзера, – уточнил Триведди. — Мое. — Нейк Брей вас хорошо подготовил. Как вы просчитали количество гиперпрыжков? Вас кто-то консультировал? — Если только вы, – скромно улыбнулся Андрей. – Я читал ваши работы. В том числе и положение о перемещениях в гиперпространстве. Брови геолога тут же взметнулись вверх. — Вы читали положение? Это пятьсот девяносто… — …восемь страниц, включая схемы и примечания, – закончил Андрей. – Я знаю, я изучил их все. Но соврал бы, если бы сказал, что все понял, – виновато улыбнулся он. – Тем не менее это была одна из самых интересных работ, с которыми мне приходилось сталкиваться. Так же как и теория про перемещения через «Стрелец А». Триведди прищурился и скрестил руки на груди. Его смуглая кожа отливала бронзой в закатных лучах звезды, а суженные карие глаза пристально сканировали Андрея с ног до головы. Геолог был с ним почти одного роста, но под его пронизывающим взглядом Андрей почему-то чувствовал себя в два раза ниже. Рейнир Триведди вызывал в нем смешанные чувства. С одной стороны, Андрей не мог не уважать его за ум, находчивость и дерзость. С другой – было в геологе что-то, что его дико отталкивало, даже вызывало отвращение. Надменность, самолюбование, неприкрытое чувство собственного превосходства – все это Андрей уже встречал в Питере. Однако даже в Адлерберге эти качества не казались ему такими броскими и дешевыми. Вычурные манеры Питера были лишь образом, внешней оберткой. А Рейнир Триведди хоть и был гением в ореоле славы, но где-то глубоко внутри все еще оставался брошенным, безродным мальчишкой, готовым обменять душу на власть и признание. |