Книга Волк без присмотра, страница 41 – Ливи Лэм

Режиссёр Гон Чжонхён был настолько впечатлён и вдохновлён, что за ночь придумал сюжет для своего фильма. Он хотел воплотить на экране историю двух женщин, которые в разное время встречают главного героя, но одинаково сильно влюбляются в него. В этих чувствах нет ничего хорошего, потому как главный герой этого фильма холоден к ним обеим ровно настолько, насколько притягателен. И когда герой наконец-то встречает ту, на ком женится, два женских сердца, поглощённых горечью неразделённой любви, становятся худшим из кошмаров наяву.

Режиссёр Гон бредил этой историей. Он мало спал, питался одной лапшой и кимпабом. Всё его время было посвящено только сценарию этого фильма, и, когда работа была закончена, он приступил с такой же страстью в глазах и одержимостью идеей к выбору актёров. Его не интересовали знаменитости, ему были нужны другие лица. Неизвестные, с таким же огоньком в глазах, как и у него, готовые вывернуть себя наизнанку ради этой роли. Прожить её так, как прожил эту историю режиссёр Гон, когда придумывал сценарий тёмными ночами.

Как ни странно, он довольно быстро нашёл тех, кому смог доверить своих главных героев, поэтому спустя какое-то время вся команда приступила к съёмкам. Именно тогда жизнь режиссёра начала срастаться с придуманным им фильмом: актрисы, играющие оставленных главным героем женщин, упивались теперь безумием не только в кадре, но и в жизни, где объектом обожания для них обеих был лишь он – Чжонхён.

Несмотря на всё безумие, жестокость и бесчеловечность, которая разворачивалась на написанных мною страницах, мне нравилась эта история. Хотя бы потому, что после прочтения навряд ли кто-то вдохновится на совершение серийных убийств. Книга откликнулась Ли Вонсону, который говорил о том, что интригующая история о режиссёре помогла ему разобраться в своих поступках и действиях. По сути, он сказал, что для читателей это будет рассказ о жизни режиссёра, невероятной и завораживающей, но после прочтения люди будут готовы сделать буквально всё, чтобы никогда не оказаться на его месте.

В памяти всплыла фраза, сказанная госпожой Хан: «Вам станет всё понятно, когда вы увидите мир, созданный не Богом и не Дьяволом». Не слишком ли она высокопарно говорит о монстре, который так ужасно поступил с тем, кто ей был дорог? Я точно знала, как умерла эта девушка, и от этого сердце ёкнуло.

Дочь Хан Юнми была последней. И так же, как и в моей книге, её смерть долго не связывали с остальными преступлениями, поскольку преступник из «Руководства к убийству» убил девушку иначе, чем остальных. Холодным декабрьским утром её тело нашли в давно закрытом здании фабрики, и увиденная картина надолго врезалась в память полицейских и очевидцев. Девушка была одета в короткое и тонкое платье молочного цвета, глаза её были открыты, и на лице отпечатался весь ужас осознания того факта, что она вот-вот умрёт. Уверена, ни с чем более ужасающим в своей жизни госпожа Хан не сталкивалась, и я в очередной раз почувствовала укол вины.

Одно дело, когда на пустом листе бумаги писатель расписывает сцену кровавого убийства вымышленного персонажа, но совершенно другое дело, когда написанное случается с реальным человеком. От этих мыслей я поёжилась.

— Лина? – произнёс Вонсон, и я поняла, что снова пропустила мимо ушей то, что он сказал.