Книга Готика. Становление, страница 382 – Семён Нестеров

Круг камней предстал передо мной неожиданно, показавшись из-за склона холма, на который я долго и упорно поднимался по забытой богами дороге, напрочь не заросшей травой лишь потому, что она состояла из мелких надоедливых булыжников, то и дело выскакивающих из-под ног. Флора и фауна орочьих земель сильно отличалась от облюбованной людьми долины. Причина этого была даже не в высоте над землёй, особой влажности или температуре. Основным различием являлась почва: в горах практически не было земель, пригодных не то что для земледелия, но и вообще для нормального роста какой-либо зелени. Несмотря на это, растительность здесь имелась, хоть и весьма скудная. Те деревья, которые героически пробивались через камни, щеголяли чахлыми кряжистыми стволами, будто вся их жизнь была беспрестанным страданием и борьбой за существование. Изредка всё же встречались своеобразные горные оазисы, и одним из таких плодородных мест как раз была окрестность круга камней. После изнурительной дороги средь пустоши, я будто оказался в другом мире – радушном и приветливом.

Древнее сооружение располагалось в центре широкого плато, один из краёв которого обрывался отвесной скалой, откуда открывался захватывающий вид на долину рудников. В туманной утренней дымке можно было разглядеть даже очертания Старого лагеря, казавшегося отсюда игрушечным и нелепым. Несмотря на то, что пришёл совсем не за этим, я не удержался, подошёл к обрыву и несколько минут завороженно разглядывал открывшийся пейзаж. В прошлое посещение этого места у меня не было ни возможности, ни времени порадовать глаз этим чудесным видом, теперь же не было причин отказывать себе в удовольствии.

Без сомнений, плато не случайно было выбрано древними строителями для «Стоунхенджа». Днём оно интенсивно освещалось солнечными лучами, ночью же впитывало в себя лунное сияние. Горы вокруг будто специально расходились в стороны и практически не мешали обозревать небосклон. Лучшего места для астрономических наблюдений и связанных с ними магических ритуалов было просто не сыскать. Впрочем, с тех пор, как эта часть Хориниса стала гигантской тюрьмой, насладиться звёздным небом мешал барьер, своими переливами перебивающий тусклые огоньки ночных светил даже в ясную погоду.

На плато было тихо, но я не давал себя обмануть видимой безмятежностью. Со слов Диего мне было известно, что где-то неподалёку располагается логово мракориса, которого следопыт уже несколько дней безуспешно пытался выследить – каменистый грунт сильно осложнял поиск по следам, а осторожный хищник старался не выдавать расположение своего дневного убежища. По счастью, солнце уже достаточно поднялось над горизонтом, и потому опасаться свирепого зверя не стоило. Дожидаться же ночи в этом тихом, но жутковатом месте не входило в мои планы. Даже орки боялись заходить сюда, что, кстати, существенно облегчило мне дорогу.

Всего лишь четверть часа назад столкновение с орками казалось неизбежным – несколько разведчиков определённо заметили одинокого путника в красном и даже выдвинулись в мою сторону. До них было не меньше мили по пересечённой местности, но для тренированных воинов это смешная дистанция, преодолеваемая за пару минут. Я взялся за руну огненного шара, ускорил шаг, в надежде если не оторваться, то хотя бы найти удобную позицию для обороны, например, высокий камень, с которого можно обрушить на противников огненный шквал, не рискуя попасть под лихой топор. Я знал, что орки очень выносливы и свирепы, потому зачастую даже раненными и обожжёнными они продолжали атаку и не сдавались до самой смерти. Именно поэтому и стоило найти препятствие, которое помешает обезумевшим от огня врагам добраться до меня. По счастью, как раз подходящий камень виднелся поблизости. Дикари бросились в погоню, но стоило мне свернуть к валуну, располагавшемуся как раз по дороге на плато, как они неожиданно остановились. Один из них замахал топором в воздухе и что-то прокричал, будто отговаривая других продолжать преследование. Походило на то, что эти земли были для орков запретными. Возможно, они знали о проклятии склепа, и не желали иметь дела с нежитью, а может, у моих преследователей были совсем иные, неизвестные мне причины. В любом случае я был весьма рад тому, что опасного боя удалось избежать.