Книга Когти Тьмы, страница 116 – Семён Нестеров

Его пальцы дрожали уже не от усталости, а от возбуждения, пока он водил страницами перед зеркалом, пытаясь уловить смысл первых расшифрованных строк на последней странице дневника. Через некоторое время глаз привык, и смог читать уже без зеркала, хотя и медленно. Один из отрывков на последней странице гласил:

«…предварительные испытания показывают, что экстракт болотника, подвергнутый дистилляции с сублиматом жвал ползунов, даёт нестабильную, но магически мощную субстанцию, чья энергетическая сигнатура совпадает с аномалией в месте ритуала Братства Спящего…»

Он нашёл это. Наследие Дамарока было спасено, хотя предстояло потратить ещё много дней, чтобы разобраться в записях. Мильтен так утомился за день, что даже не заметил, как уснул прямо за столом, прижимая книгу к груди.

Не тот угроза, людям кто знаком,

А тот страшнее, что во тьме таится.

Не знаешь, если даже о таком,

То не поймёшь как от него и защититься.

Мильтену снилось, что он работал в лаборатории с мастером Дамароком. Мастер в его сновидении был стар, каким был до того, как создал свой «венец творения» — зелье молодости. Алхимик хвалил его за сообразительность, напоминал, что не все тайны можно доверить перу, ведь они могут быть слишком опасны. Говорил, что есть книги, которые лучше даже не открывать и смотрел на Мильтена так, будто подозревал его в чём-то. Затем, сон постепенно становился всё тревожнее. Реторты начали закипать, а Дамарок всё не убавлял огонь и твердил про запретные знания. Мильтен пытался доказать, что надо снизить давление, но старый мастер будто бы оглох и был безучастен к любым доводам. Наконец, одна из колб взорвалась, брызнув в него кипящей кислотой и осколками стекла. Это и оборвало сон.

Очнулся Мильтен, само собой, всё в той же лаборатории, которая к тому же была весьма разгромлена. Будто бы после последствий взрыва из его сна. Поэтому он не сразу сообразил, что происходит. Потрогал лицо, которое должно было быть изуродовано взрывом, но с ним, конечно, всё было в порядке. Он вспомнил события последний дней, и это окончательно привело его в чувства. На столе лежала книга. На той же странице, которую он читал. Нет, это была реальность. Первые дни в замке в долине рудников были полны хлопот, у Мильтена не хватало времени погрузиться в чтение трудов Дамарока, и он уже не первый раз засыпал за его книгой. Днём же он наводил порядок в лаборатории, адаптируя остатки оборудования под основные рецепты зелий, которые могут понадобиться воинам. Первую партию бодрящих микстур он успел приготовить ещё до отправления малых экспедиционных групп, вышедших для разведки намеченных мест добычи руды как раз сегодня, нет, пожалуй, уже вчера, на рассвете.

Прокрутив в голове воспоминания, и скинув окончательно сонливость, Мильтен понял, что тревожность всё равно не оставляет его, и она вызвана не сном. Причина волнения была и не в лаборатории. Нарастающий шум исходил снаружи. Отголоски криков. Беспорядочный топот. Тревожный гул голосов. Будто из одного сна он попал в другой, с новым сценарием для кошмара. Потом крики стали громче. В них послышались отчётливые нотки ужаса. Сердце Мильтена замерло — что-то точно было не так.

Он бросился к выходу. Но вместо двора, словно оказался в царстве Белиара.