Книга Тёмный маг, страница 91 – Евгений Кудрин

35. Владение рода Ологримов. 28-й день 9-го месяца 1747 г.

День близился к закату, окрашивая серые свинцовые тучи над горизонтом в алые цвета. Решетчатые железные ворота в забытое владение были настежь распахнуты. Подул ветер, и та половина, что была ещё на весу, со скрежетом ударилась о бордюрный камень.

Эскалин прошёл во двор по вымощенной камнем и заросшей порослью дорожке. По её обочинам стояли некогда грандиозные статуи прекрасных дев, ныне обезображенные с отломанными руками или головами, вовсе разбитые или поваленные с постаментов.

Длинные клумбы вдоль дорожки были частично перекопаны, недавно кто-то хотел восстановить их, но оставил — это ныне бесполезное дело. На большой поляне с северной стороны дома паслись несколько овец, теперь только они не давали бурьяну разрастись у стен особняка. Фруктовые сады, расположенные на заднем дворе, стояли в запустении, некоторые деревья были выкорчеваны с корнем, многие обгорели. С южной стороны особняка кто-то выкопал яму под мусор.

Подойдя к главному входу родового особняка, Эскалин увидел, что стало с некогда величественной усадьбой. Откидывая капюшон, волшебник невольно проронил:

— Отец, что же стало с нашим… — в окнах завалившегося домика для слуг справа от особняка, маг увидел слабый свет: — Неужели… нет, должно быть, бродяги.

Волшебник немедленно прошёл к домику и остановился у двери под навесом от дождя. Круговым движением невербального заклинания он сделал так, чтобы деревянная стена пропустила некоторый свет изнутри, но не впустила снаружи, что сделало её полупрозрачной. В доме оказался старик, одеждой ему служила обычная мешковина, в прихватах он держал почерневший от сажи горшок и вычерпывал из него большой поварёшкой горячую похлёбку в деревянную тарелку. Эскалин улыбнулся и прошёл внутрь со словами:

— Дядюшка Лодби! Как? Ты ли это?

— Годи?! — от удивления старик обронил ложку, поставил горшок на стол, не сразу, но подошёл к юноше, чтобы поближе рассмотреть. Щурясь единственным глазом, старик обомлел, затем зарыдал и, крепко обняв юношу забормотал: — Неужели это вы господин? Родной мой. Живы! Как я рад вас видеть. Я знал, я надеялся, не верил им…

— Я тоже рад, — волшебник приобнял старика, но тут же отринул его, сказав: — Мне необходимо торопиться. Наверняка, Белый орден следит за усадьбой.

— Да, да, конечно же, конечно! Присаживайтесь. И… простите за столь скромную еду, но ныне тут мало, что можно вырастить, а раздобыть и вовсе невозможно? — усевшись, Лодби протянул тарелку с похлёбкой гостю и осторожно спросил: — Юный господин, вы же вернулись не из-за старика… Какая нужда привела вас?

— Хотел бы ответить иначе, — принимая угощение, Эскалин сел за стол напротив старика, — но здесь я не ради воспоминаний. Хотя это не отменяет того, что я рад тебя видеть. Расскажи по порядку, что случилось в ту ночь, то, что ты видел.

— В третьем часу ночи прозвенела тревога. Я вышел на улицу и увидел, как горит экспедиционный городок. Волшебники в серых мантиях и элитные воины с севера убивали всех мужчин, кто выбегал из горящих палаток. Они щадили женщин, но только если те не оказывали сопротивления.

Господина Осониса я увидел чуть позже на заднем крыльце. Он уже успел спрятать младших[9] в секретной комнате в подвале, босой и в одних лишь штанах выбежал, чтобы понять ситуацию. Как вдруг на нас налетели со всех сторон. Он сражался чистой магией, как герой из древних легенд, но врагов было слишком много. Но всё же господину удалось половину забрать с собой на тот свет. Ему некому было помочь, охрану эти предатели перебили заранее. Я хотел, но в пылу сражения он приказал этому ничтожному слуге выжить… — говоря о себе в третьем лице, Лодби опустил взгляд. — В конце он схватил двух пронзивших его воинов и сгорел вместе с ними в огненном вихре, вызвав его на себя. Северяне в серых мантиях были ошеломлены, впрочем, как и я, и долго не обращали на меня внимания, а когда наконец-то заметили, то пощадили. Дряхлый старик не представлял для них опасности… а потом они ушли. Особняк и бумаги их вовсе не интересовали, они даже не заходили внутрь. Погром во владении устроили уже слуги Маздека. Северяне приходили специально за господином Осонисом. Через неделю прибыли друзья семьи Ологрим из Белого ордена и ваши дальние родственники.