Книга Либелломания: Зимара, страница 81 – Н. Мар

Солнце показалось из-за кряжа, когда они добрались до места, отмеченного на карте Деус. Там виднелся холмик лавинного эксплодера. А неподалёку — как снежный пупок — торчал бугорок укрытия, где прятался пульт управления.

— Вначале туда, проверим, остался ли в баллонах газ, — решила Деус. — А то, может, всё зря. Бардачопик, принеси мой лыскарь!

Ящик с инструментами, который всю дорогу спал сложа телескопические ноги-палочки, встряхнулся. Пока он перебирал кинетическими суставами, внутри у него звенело: инструменты перекатывались, перемешивались и менялись местами, как формуляры в картотеке, пока снаружи не оказался лыскарь, который просила Деус. Это было гидриллиевое лассо для уборки снега и подводных работ. Лыскарь набрасывали на участок, который хотели расчистить, и гидриллий управлял водой и снегом в границах петли.

Фибра поддёрнул рукавищи на шубе и раскрутил лыскарь как показала Деус. Петля у рукастого шахтёра сразу вышла такая, как надо. Снег вокруг баллонов таял и испарялся, а вне гидриллиевой петли лежал нетронутый. Нельзя было спровоцировать лавину раньше времени. Шахтёр помогал молча. Все помнили, что он обещал лишь переправить команду через кряж. Ведь Зеппе починил его корабль, а Фибра выполнил свою часть уговора. Сострадательный и ответственный, он пожалел Нахеля. Спрашивать его напрямик, что дальше, никто не решался. Когда Бритц взглянул на него вопросительно и тревожно, Фибра только пожал плечами, тряхнув песцовыми мордами на них, и тихо объяснил:

— Только на день ещё. Зая не против.

Наконец баллоны очистили.

— Углеводородный наполовину пуст, — изрёк Зеппе, ощупав баллон датчиками шлема, словно вибриссами. — А кислородный наполовину полон.

Старик принялся разбираться с механизмом смешивания газов. Достаточно было одной искры, чтобы воспламенить смесь и спустить лавину. Облака лежали прямо над головой, неподвижные, гладкие и мрачные, как крышка гроба, словно подпрыгни — и лизнёшь свинец. Бритц вспомнил Кармин и ледяную сферу в небе. Из-за неё он вечно ощущал нехватку воздуха. Он перевёл очки в режим мультивизора и рассматривал склон Тылтырдыма. У каньона Дарбагылай шевелился снег. Бритц настроил теплочувствительность линз. Это катилась громадная кодла песцов. Они бежали по краю каньона, который спускался прямиком к чёрному озеру.

— Труба эксплодера забита! — крикнула Деус.

Она лазала по ней, крутя лимонным хвостом для равновесия.

— Плохо, — отозвался Зеппе. — В лучшем случае давления газа не хватит для провокации остальных эксплодеров. В худшем — трубу разорвёт, да и нас вместе с нею.

— До другого эксплодера на кротафалке час пути. Да и там, конечно, забито! Бритц, сонная муха, ты на экскурсии?

— А вот это что? — спросил Кайнорт, разглядывая карту. — Аваланчер?

— Да, лавинная пушка. Полчаса пути.

— Останься за главную, продолжайте прочищать трубу. А я слетаю вслед за Сырком до каньона. Он даст сигнал, когда почует воланер, а я подстрахую вас из аваланчера.

— Он прав, — подхватил Зеппе. — Пневматика аваланчера мощнее, чем у эксплодера, а выстрелить из него можно и в одиночку.

— Мы ничего не теряем, — продолжал Кайнорт. — Я один долечу минут за десять и обстреляю склон прямо над местом, где сядет Йола. Ну, не выйдет — вернусь. Мы ничего не теряем, — спокойно повторил он.