Онлайн книга «Либелломания: Зимара»
|
Как метко выразился Рейне Ктырь, Бритц всё ещё состоял в Клубе. Его личный код доступа не заблокировали, и, под прикрытием переполоха в зале, ротозейства Альды и изрядной доли везения, Кайнорт преодолел триста метров анфилад до лифта. Там он попытался задержать дыхание, чтобы не хрипеть, как канизоид, но наделал себе только хуже и разразился кашлем утопленника. Так шибко его колошматило. Всё же, сколько ни прикидывайся живым и здоровым, легче не станет. Менуэт с Полосатой Стервой из него последнюю моченьку выпотрошил, а предпоследнюю забрала Эмбер. Поняла ли она, когда рассыпалось колье, что это крик о помощи? Или воспользовалась случаем, чтобы смыть его вместе с гостями? В любом случае, Кайнорт выиграл от её шалости. Но стали они ближе на Острове-с-Приветом, или в масштабах того, что он натворил, любым сближением можно было пренебречь, словно временем жизни античастиц в сравнении с жизнью одного эзера и одной шчеры? Он избегал на неё смотреть, пока снег падал за воротник, чтобы не выдать Зимаре и не выйти из образа. Но украдкой ловил её отражения в водопаде и в хрустале. Бриллианты сияли точно в очаровательных ямочках на плечах и пояснице Эмбер. Так манило целовать эти ямочки, а пришлось двинуть ей в спину коленом. Ну что он за пугало… Сильнее, чем от игледяных жил, у Кайнорта болело оттого, что он не мог передать, что обязательно её вытащит. Как только обыщет бентос. Если бы можно было разорваться! Хотя… «Разорваться я всегда успею…» — хмыкнул про себя Кайнорт, склеенный на игледяной скотч. Будь он идиоткой, то есть Альдой Хокс, то спрятал бы детей в самой глубокой дыре. Самая глубокая дыра Френа-Маньяны была в отсеке 8 бентоса. Бритц юркнул в щель за колонной и схватился за стену, чтобы не покатиться по ступеням. Лестница вилась супротив законов физики, естественную гравитацию Загородного Палисада сменяли гравимали бентоса. Войдя в холл, Кайнорт припомнил в последний момент, что следовало выбирать кнопку «Вверх», чтобы оказаться на дне. За секунду до того, как закрылись двери лифта, в холл с кручёной лестницы вывалился канизоид. Бритц чертыхнулся. Через пять минут Рейне Ктырь уже будет в курсе, где гуляет лорд-песец. Через минуту лифт доставил его в бентос, и Кайнорт шагнул к двери с керамбитами наготове. В холле кто-то стоял спиной к нему. Бритц кинулся на широкий комбез, и за миг до удара тот, чьё горло целилось напороться на лезвие, обернулся. — Ка… — Изи! — Кай! — Изи, мать твою. Доктор вскинул руки, чтобы нападавший видел его пустые ладони, и отбросил скальпель, который по привычке носил за ухом. Бритц почувствовал, как вспотела шея, и от солёного пота засвербели шрамы. Но на этом злоключения доктора не кончились. Кайнорт сцапал его за грудки и, встряхнув, шмякнул о стену отсека 8: — Только не говори, что в Клубе! Только не ты! — Да в каком я… клубе? Кай! — Изи заикался от замешательства. — Очнись, я ф-ф-фельдшер в бентосе! — Хокс и Шулли похитили моих детей, — прошипел Бритц, — и если ты с ними заодно… — Бог ты мой, Кай, бог т-ты мой, к-как так — детей? Миаш и Юфи? Здесь? — Я в процессе выяснения. — Да не может такого… Слушай, пошли. Ну! Пошли отсюда, пока тебя не увидел главврач! Бритц сомневался. Они с доктором не виделись семь лет. За это время кто угодно мог встать на чью угодно сторону. Взгляд заволокло галлюциногенно-вырвиглазными стенами, он едва не обмяк на неповторимого узора пол и машинально схватился за плечо Изи. Тёплое и широкое, как семь лет назад, когда пухлая божья коровка была ему добрым другом. Тот подхватил его с проворством опытного собутыльника и строго скомандовал: |