Книга Либелломания: Зимара, страница 152 – Н. Мар

— Копии уничтожены!

Она проскочила у андроида под мышкой и, подобрав юбки, понеслась по коридору. Умблькроуф ухватил её за край подкладки, и её высочество растянулась на полу.

— Мне жаль, госпожа Зури! Послушайте, только на мостике звездолёта есть безопасный канал связи с Ибрионом.

Падение и ссадины на локтях привели Самину в чувство. Она тряхнула снежными локонами. Ей необходимо было переговорить с Джуром и увидеть детей. Их мраморные тонкокожие тельца дозревали в инкубаторах и должны были появиться на свет в следующем месяце. Это были уже настоящие мальчик и девочка, с тёмными ресницами, пуговками носиков и беспокойными пальчиками, теребившими пуповину. Та переплеталась с многочисленными проводами питания и диагностики. Этот вечер они с Эйденом хотели посвятить традиционному спору о выборе имён для их высочеств.

Самина поднялась, жалея, что не оделась в цифровые ткани, которые нельзя схватить за подол. И пошла назад, к чёрной кляксе звездолёта.

В узких коридорах их с Умблькроуфом то и дело задевали суетливые клерки, за которыми летели голографии секретарей и документов. На первый взгляд повода для паники не было. Никто ничего не знал, не видел, не слышал. Только пульты связи на стойках информации не работали. Самина ворвалась на мостик. Спустя минут пять им с пилотом удалось поймать сигнал с Ибриона. На голографии бледный Джур стоял в хранилище инкубаторов принца и принцессы. Самина задышала так часто, что её качнуло. Оба инкубатора были целы.

— Так, если коротко, — глухо начал герцог, — дети живы. На этом пункте выдыхай, милая, выдыхай. Но я поймал технолога с поличным. Она собиралась забросить капсулу яда в систему питания и врёт, что в последний момент передумала.

— … не смогла! — кричали из-за спины Джура. — Простите меня, госпожа Зури, они взяли в заложники моего брата! Но я не смогла!

Два медика на экране перепроверяли показатели инкубационных систем. На полу — на коленях, в наручниках — дрожала служанка из технической службы. Волосы выбились из-под чепца, уши горели. Из уха текла кровь, нос распух. Она баюкала неестественно вывернутые запястья и отворачивалась от охранников. Самина захотела выжечь ей глаза прямо через экран. Полгода назад они наняли стерву, внушившую максимальное доверие, прошедшую миллион тестов. Когда её только успели завербовать?

— Выбей из неё даже то, чего не знает! — потребовала Самина. — Я не могу понять, что там с Эйденом! Весь этаж заблокирован.

Джур продолжал:

— Вот, что я выяснил. Это глобальный заговор. На ратификацию пронесли оружие, которое не распознаётся системами безопасности Бюро. Я так понял, собирались убить вас обоих. А здесь тем временем избавиться от детей. И перехватить власть над империей. Ты же знаешь, когда нет прямых наследников, процедура выбора нового императора — это несусветная волокита.

— Госпожа Зури!

Самина обернулась. Их нашла Ри. Конвисфера строгой дамы с тугим пучком и в платье-футляре — личный искин Эйдена — просочилась сквозь фюзеляж прямо на мостик. Умблькроуф реактивно вскинул армалюкс и тут же убрал. Самина набросилась на Ри:

— Что с ним? Почему ты одна? Говори!

— Я покажу. Нет… энергии объяснять. Мне осталась минута. Мой бриллиант-носитель разбит.

Ри вывела на экраны мостика кабинет ратификации так, как сама его наблюдала. Судя по всему, полчаса назад искин-помощница появилась из форменного бриллианта на воротнике Эйдена и встала слева от хозяина. Самина втянула воздух с шипением: император никогда не выпускал искина на деловых встречах.