Онлайн книга «Либелломания»
|
— Нахель, я вызвал скорую, дождись их, мне нужно домой! Только не бросай её одну! Сопровождай до больницы и потом в отель! Будь с ней, пока я не выйду на связь! Нахель только кивал в ответ, но не мог отлепить язык от нёба. Бритц уже начал оборачиваться стрекозой, но вспомнил, что Нахель тоже голоден. И со страшным блеском в глазах пригрозил: — И не смей пить её крови! Или я тебя убью! Нахель опять кивнул. Всё-таки Бритц настолько редко орал на кого-то, что сорвал голос уже на второй фразе. Это что-то да значило. Он поспешил успокоить друга: — Я подкормился… там… присосался к какой-то рыбе. Вылетев из-под пирса на набережную, Бритц вызвал орникоптер до Эксиполя. В отличие от воларбуса, такси доставляло от моря до города не за пять, а за четыре часа. Кайнорт доплатил за то, чтобы сократить время вдвое. Откинулся в кресле и уставился в потолок. На самом деле он знал, что торопиться бессмысленно: если что-то и случилось, то двенадцать, одиннадцать, ну десять часов назад. После его звонка с новостями о Зимаре. Если не раньше. На что рассчитывали убийцы? Что Кайнорт не получит ответов, высадившись у маяка, или что вообще не вернётся? Случай спас их от того и от другого. Чистый случай. Но как Бритц мог так беспечно проколоться? Хотя почему же нет. Он прокололся, потому что был минори. А минори не убивали минори. Точка… — Алло! — офицер перебил ход его мыслей. — Бригада вскрыла дверь. — Ну! — Там всё в порядке. Никого нет. Жертв или следов борьбы тоже нет. — А сколько замков вскрывали? — Они не уточнили, — смутились на том конце. — В отчёте указано: «Замок». А сколько их там у вас? — Три! Мы всегда закрываемся на три. Если заперт только автоматический… — Там правда ничего криминального, — офицер начал раздражаться. — Немного неубрано, но ведь это же дети. И на полу… Связь пропала. Кайнорт уставился на комм. — Что на полу⁈ Комм сдох. Неубрано? Это при Миаше-то? Уже у дома Бритц выпрыгнул из оптера на ходу. На стриженом газоне Чивойт ловил птичек. Кто его выпустил? Кайнорт ворвался на свой этаж. Дверь заперта. Он отпер… один замок. — Верманд! В холле было темно. И тихо. Кайнорт разглядывал прихожую, не включая свет. Ему стало страшно. Очень. По коридору были разбросаны… — Нет… …камни. — О… нет… Он упал на четвереньки, трогая куски чего-то твёрдого, холодного с острыми краями. Нужно было включить свет. Чтобы понять, кто погиб. Бритц зажёг сателлюкс и пожирал взглядом камни. Боясь, что найдёт разные. Рубины. Только рубины, кроваво-красные, они светились в луче сателлюкса. Чистые, как гранатовый сок. А внутри скомканы тёмные сгустки. Кусков было так много, что хватило бы на рубиновый атлант в полный рост. Кайнорт ползал между драгоценными осколками. Потом всё-таки зажёг больше света. За считанные минуты он проверил все: камни были одинаковые. В крупном булыжнике виднелся клетчатый обрывок. Лацкан пиджака. И юбилейный значок НИИ С. Т. Е. Р. И. К. А. Здесь был только брат. Облегчение подмешалось в боль. Кайнорт сжал зубы и почти подавил крик. Вырвался только хриплый рык. Он взял один рубин, тот, что со значком. Зажатый в ладони, он краями ранил кожу, до этого изрезанную керамбитом. Бритц сжал сильнее. Кровь потекла, будто из сердцевины рубина, самого твёрдого после алмаза. |