Книга Либеллофобия, страница 44 – Н. Мар

— Дозорные вернулись на базу, Кай, — доложил Ёрль. — Бункер, где бы он ни был, вот-вот повернётся.

— Отлично. Подождём ещё несколько минут.

Старик Ёрль из расы гиеновидных ежей растопырил иглы на затылке, как капюшон, и сверлил Бритца чёрными стеклярусами глаз:

— Мне показалось, или ты мандражируешь, лис пронырливый?

— Ёрль, — рой-маршал сглотнул пересохшим горлом. — Дозорный пропал — ставлю миллион зерпий, они уже знают, что Уитмаса ищут. И знают, кто именно. Бун-штаб готов биться до последнего.

В такие моменты старик ёрничал: мол, это ж надо умудриться так жить, чтоб тебя смертельно ненавидели все, с кем ты даже не знаком. Но сегодня разумнее было промолчать. Сегодня алгебраически строгие черты и сверхточные движения рой-маршала были холоднее обычного, а это значило, что он на взводе.

— Что с семьёй Лау? — уточнил Ёж.

— По протоколу. Брать живьём и ждать меня. Не упустите: жена и двое детей.

— Всё хочу спросить: а как ты собираешься говорить с Уитмасом? На дипломатическом?

Кайнорт фыркнул:

— На нём трудно вести шантаж, Ёрль. Дипломатический ведь так и задумывался, ты в курсе?

— Но ты убил ружейника у Берграя, помнишь? Парень был единственным, кто свободно владел октавиаром.

— Что ж, — криво улыбнулся рой-маршал. — Значит, Уитмасу Лау будут угрожать с акцентом. На худой конец, язык керамбитовых лезвий понятен всем.

Он проверил время и поманил сколопендр. Чуйку и Нюсса — биомеханических тварей из титана и обратных белков — никто не любил. «Поэтому Кайнорт завёл себе сразу двух», — шутил Ёрль. Твари выползли из воланера и заюлили у ног Бритца. Их вывели в качестве ищеек и компаньонов, но из-за чрезмерной агрессивности лишь единицы справлялись со зверюгами. Вставая на дыбы, те достигали метра в высоту. Триста пар кривых лезвий бряцали коготками, металлические жвала клацали, принюхиваясь к туману. Два проволочных волоса виляли в предвкушении приказа.

— Скажи им, пусть не направляют на меня хвосты, — проворчал Ёрль.

— Это не больно для такого громилы, как ты, — отмахнулся Кайнорт, почёсывая нетерпеливую тварь. — Щелчок и всё.

— Зато смертельно! Не хочу, чтобы мне все белки переиначило.

— Я же здесь. Если посмеют, я прикажу им щёлкнуть тебя обратно.

— Ой ли…

Ёж тут же спохватился, но сказанного не воротишь.

— Ёрль, — эзер и сам знал, какую боль причиняют слова, когда не те, не в том порядке или не вовремя. — Давай-ка начистоту, мы всё как-то скомканно об этом… Скажи, по-твоему, ты мне кто?

— Сейчас-то ни дать ни взять — время выяснять, кто есть кто! Ну вырвалось, прости меня! Прости.

По глазам Бритца старик понимал, что с каждым словом только глубже закапывается. Рой-маршал отпустил сколопендр на разведку по влажным дюнам и вернулся к ежу:

— Ты считаешь меня хозяином?

— Не сейчас, бога ради!

— Нет, именно сейчас, Ёрль, — возразил он, цепляя взгляд старика. — Потому что… знаешь, что?.. Мне жутко.

— Жутко? — переспросил ёж, будто впервые слышал это слово из уст Бритца.

— Я иду убивать. Убивать, а после жить как ни в чём не бывало. Разок можно, ну два. А я делаю это каждый день. — Бесстрастный тон пробирал до мозга костей. — Мне нужен рядом кто-то… мудрее? Нет, не то. Кто-то морально выше, но обязательно на моей стороне. Понимаешь? Иначе мне конец. Ёрль, я не хочу, чтобы ты отстранялся. Отшатывался в страхе, когда мне нужно на кого-то опереться.