Книга Либеллофобия, страница 100 – Н. Мар

Железные клещи мелькали в тумане. Скелет отправлял куски кровли в пасть. Он жевал, и черепица летела с холма вниз. А за ней кирпичи, куски железобетона и труб. Они сыпались на домики рабов, казармы, склады и гломериды. Барьяшки разбегались по болоту, кудахча. Караульные вели плотный обстрел, но гость не реагировал.

— Все прочь от холма! — рявкнул Ёрль. — Он подъедает основания труб. Того гляди рухнут!

Ещё страшнее было смотреть на котельную. Бугль отщипывал кирпич за кирпичом от её фундамента. Я надела сапоги и поискала взглядом кого-нибудь из офицеров.

— Господин Инфер! — оса врезалась в меня и обернулась капитаном. — Господин Инфер, прикажите прекратить огонь.

— Что? Беги к остальным, живо!

— Карминцы топят болотным газом! Видите — кругом барьяшки!

— Какие ещё барьяшки!

— Бугль ест котельную, он доест до хранилища с горючим, и выстрелы взорвут всю фабрику! Весь холм!

Он оттолкнул меня и обернулся осой, чтобы улететь. Шчеры, карминцы и эзеры бежали мимо, прихватив кульки с пожитками. Через несколько минут ничего не изменилось. Бугль ел. Огонь продолжался. Эзеры поднимали гломериду для атаки! Я была уверена, это не поможет против скелета. И вдруг вспомнила, как Баушка Мац приговаривала по вечерам: «Пойду-ка заведу трейлер, хоть на минуточку. А то бугль придёт».

Чьи-то крылья окутали меня пылью. Чёрное туловище загремело в кухонный склад, хвост на развороте снёс и покатил баки с провиантом, кастрюли и вёдра, как кошка консервные банки. В стрекозу угодил кирпич.

— Минори Бритц! — Вертолётный трепет его крыльев смёл меня к земле. — Запустите фабричный конвейер! Он ест только брошенное!

Он не ответил. Я схватилась за крыло, рискуя потерять пальцы:

— Конвейер!.. — но стрекоза стряхнула меня и пропала в смоге.

Я обежала весь штабной контур в поисках Ёрля, но не нашла — ни его, ни толковых офицеров. Тогда решила пробираться на фабрику одна. Бугли завораживали и удивляли: отчего при таких аппетитах они не трогали того, что шумело прямо под носом? Бродили днями, месяцами в поисках сломанных механизмов, хотя могли отнять и сожрать любой завод или пескар, раз уж никто не мог им противостоять.

Бугли существовали за границей живого. Охотились только на заброшенное. Что, если они видели только отключённую технику? Что, если работающие механизмы для них попросту не существовали? Я собиралась это проверить. Из-за суматохи, которую создавали рабы и карминцы, на пути к фабрике меня никто не остановил. Проходная с вертушкой, коридор, заставленный пустыми тележками, мёртвые софиты аварийного освещения… И табличка:

«Вымостим дорогу в рай карминелью в глазури!»

В рай не хотелось даже по золотым слиткам. Я светила себе полудохлой блесклявкой и больше всего на свете боялась наткнуться на труп. Звуки обстрела разносились по комнатам и залам. И нигде не было спасения от хруста, с которым невозмутимый бугль колупал крышу. Конвейер нашёлся быстро: широкая резиновая лента тянулась по громадному залу. Путь преградил турникет:

«Надеть стерильный комбез!»

Турникет не поддавался. Из диспенсера рядом торчал краешек одноразового защитного комбинезона, и я потянула. Сверху посыпалась черепица: гломерида обстреляла бугля, но только пробила крышу. Я потянула резче. Диспенсер щёлкнул, комбез пополз по рукаву, глотая меня сантиметр за сантиметром, и облачил в кондитера. Я опять толкнула стеклянный барьер: турникет поддался.