Книга Железный Аспид. Война, страница 8 – Н. Мар

Мужик покачал головой и подошел ближе. «Господи боже, это жабры? Настоящие жабры у него на шее. Значит, родом с Ибриона…» — мышь догадалась, что попала в лапы какой-то столичной шишки. Враг же изогнул бровь, ничем кроме этого не нарушая маску безразличия. А затем сделал то, о чем Самина была начитана, и все же оказалась совсем не готова увидеть наяву: выбросил изо рта длинную ленту змеиного языка. Тонкий раздвоенный кончик рассек воздух и ловко нырнул обратно. Так ибрионцы оценивали окружающую среду и других людей.

— Ты врешь, Зури. Оглянись вокруг, растормоши свой топографический кретинизм и назови координаты вормхолла.

У Самины зашевелились волосы. Пересохло во рту. Он знает ее фамилию, а значит, влез в бортовой компьютер брига и пойди разбери, какими еще сведениями располагает теперь. А главное — вот это было по-настоящему страшно — расхаживает по чужой планете без скафандра и говорит на их языке абсолютно без акцента. Навыками такой поразительной адаптации обладали только андроиды с мощными ДНК-компьютерами. Но, помилуйте, если глаза и уши не обманывали Самину, незнакомец был похож на человека даже больше, чем она сама! Или это и есть свидетельство высочайших достижений империи в робототехнике? По крайней мере, на стороне версии об андроиде играла убийственная невозмутимость. Пилот должен был находиться по меньшей мере в шоке после крушения, но все, что Самина знала о стрессе, разбивалось о безразличный взгляд, спокойный голос и небрежную грацию.

— У меня нет микрочипов с терабайтами памяти в голове, — напрашивалось добавить «в отличие от тебя», но дерзить боевому роботу было, пожалуй, слишком. — Если ты не обнаружил координаты в компьютере, взлетай и сам ищи вормхолл. Я вижу, твой корабль не пострадал, так что…

— Так что ты надеешься, что пока я порхаю над Браной, меня, наконец, собьют. Так, ладно… — вздохнул робот, на секунду прикрыл глаза и лениво бросил: — Никуда не уходи, я за набором для пыток.

Самина настолько привыкла к прямолинейности андроидов, что вообразила по иголке под каждым своим ногтем. Рук и ног заодно. Несмотря на тупую боль в колене, она рванула ползком, куда глаза глядят, активируя на ходу браслет-коммуникатор. Надо было дать сигнал поисковому отряду. Срочно.

— Эй, лежать! — рявкнул за спиной голос, в котором, наконец, появились человеческие нотки. Робот ловко сцапал её за лодыжку и одной рукой подтянул к себе. Отобрал браслет и швырнул в набежавшую волну.

— При закрытом переломе показана жесткая фиксация конечности, — каким-то искрящим проводом андроид прикрутил ногу жертвы к корпусу брига.

Пока он возился с кабелем, Самина выцарапала из потайного кармана самое что ни на есть научное оружие — шприц-пистолет. Не колеблясь, привычным движением приложила его к шее робота и нажала на спусковой крючок. Вот так, мы тоже не лыком шиты. Если нейросети андроида так близки к человеческим, как подсказывала интуиция, у него не будет времени для нейтрализации яда: тот убивает за считанные секунды.

— Хорошая попытка. — Андроид лениво отмахнулся от шприца. — На меня не действуют…

Он вдруг осекся и замер. И тут же, броском гадюки, схватил Самину за руки, отбрасывая шприц, и толкнул наземь.

— Что ты мне вколола? — рычал он, удерживая тонкие белые запястья и погружая их всей своей массой в песок, колючий от мелких раковин. Его глаза были так близко, что выдали причину внезапной злости: правильные многоугольники зрачков расползались, поглощая своей чернотой зеленые радужки. Яд начал действовать. Но почему так медленно?