Книга Я есть Закон! Том 3, страница 29 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

Я взял телефон, набрал номер и попросил Олега Борисовича зайти в мой кабинет. Маньков появился буквально через десять секунд. Оценив состояние клиентки, он сразу же включил режим профессионального радушия.

— Добрый день, Алина! Что у нас на этот раз стряслось?

Алина его приветствие полностью проигнорировала. Она расстегнула свою сумочку, выхватила оттуда два распечатанных бланка и швырнула их на мой стол.

— Это всё полный порожняк и откровенное шарлатанство! — выкрикнула она. — Как я с самого начала и думала! Я заплатила этим мошенникам кучу денег за срочность, и вот результат: по обоим тестам я не являюсь биологической матерью Родиона!

Маньков удивлённо приподнял брови, взял бумаги со стола и пробежался по ним взглядом.

— Хм… А может, эта самая срочность и повлияла на результат? — предположил он. — В спешке реактивы перепутали или колбы. Мой вам совет: сделайте нормальный тест, в штатном режиме.

— Срочность — это просто проведение анализа вне очереди! — Алина снова сорвалась на крик. — Технология там абсолютно та же самая! Тот же наглый обман!

— Это крайне маловероятно, — вмешался я. — Обе лаборатории имеют высочайший рейтинг надёжности и положительные отзывы. Я специально проверял.

Маньков отложил бланки, сцепил пальцы в замок и как-то по-новому посмотрел на Алину.

— А может… это вы нас обманываете, Алина? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Что⁈ Зачем мне это⁈ — растерялась женщина.

— Ну, например, вы категорически не хотите разводиться с Геннадием. И пытаетесь доказать всем, и в первую очередь суду, что те тесты, которые принёс ваш муж — липовые. Ведь лаборатории если «ошиблись» с вашим материнством, значит, могли «ошибиться» и с его отцовством.

— Да как я вас обману⁈ — она в ярости ткнула пальцем в бумаги. — Вот же официальные результаты с печатями!

— Ну, запороть тест легче лёгкого, — пожал плечами Олег Борисович. — Сдать не свой генетический материал, например. Мазок слюны чужого ребёнка. И вот, пожалуйста, нужный вам результат на бланке.

— Да как вы смеете меня в таком обвинять! — лицо Алины стало пунцовым. — Я порядочная женщина! А лаборатории ваши — шарлатаны! Родион — мой сын! И если результат показывает, что он не мой, это значит только одно — результат левый!

— Либо что Родион действительно не ваш биологический сын, — без эмоций озвучил я единственный логический вывод из имеющихся данных.

Алину от моих слов буквально затрясло. Она открыла рот, чтобы разразиться новой тирадой возмущения, но Маньков, поняв, что мы перегнули палку, быстро взял ситуацию под контроль.

— Так, успокойтесь, пожалуйста! Сядьте! — властно произнёс он. — Я вас ни в чём не обвиняю, я лишь как юрист допускаю, что такое теоретически возможно. Но Илья прав: лаборатории действительно очень серьёзные, анализ ДНК довольно точный. И по факту у нас одно из двух: либо чудо, либо суровая реальность.

— Но Родион — мой сын! Я его сама родила! — голос Алины дрогнул, истерика начала сменяться отчаянием.

— Чисто технически, его могли подменить в роддоме, — заметил я, рассматривая эту версию, как наиболее вероятную.

Алина снова возмутилась.

— Да как его могли подменить⁈ Я же всегда, каждую минуту была рядом с ним!

— С самого момента рождения? — уточнил я.

— Почти… — она осеклась. — Ну, в самом начале я отдала его ненадолго медсестре. Его носили куда-то… ну, обмыть, взвесить, какие-то процедуры делать… Но это же стандартно!