Книга Я есть Закон! Том 2, страница 31 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

«Так, — мысленно зафиксировал я. — Если соседка под любым предлогом позовёт забивать гвозди — категорически не соглашаться. Я не хочу пропасть, что бы это ни значило».

— А может, мы внуков хотим! — не сдавалась мать, перехватывая инициативу. — Вон у нас сколько всего вкусного на даче растёт, клубники в этом году — просто море! А кормить некого! Игорь тоже не спешит нас порадовать.

— Игорю не до того, — веско вставил Сергей Васильевич, отправляя в рот кусок беляша. — Он человек занятой. У него серьёзный бизнес в Москве, он реальным делом занят. И родителям, между прочим, деньгами постоянно помогает.

В этой фразе отставного военного я уловил чётко выверенный полуукор. Классический земной приём: сравнение менее успешного отпрыска с более статусным.

— Игорь — старший, — парировал я, опираясь на железобетонную логику. — Вот с Игоря внуков и трясите. Соблюдайте хронологическую очерёдность.

— Ну да, с него вытрясешь… — грустно вздохнула Наталья Владимировна. Однако её меланхолия длилась недолго, она тут же радостно переключилась на нашу юную гостью: — Но ничего! Мы Светочку клубникой накормим и с собой вам в город дадим. И огурцы уже вовсю пошли! Света, ты любишь клубнику?

— Люблю, — ответила девочка.

— А вишню?

— У вас уже вишня созрела? — удивилась Света.

— Ещё нет, — отмахнулась мать. — Но я испекла потрясающий пирог с вишней! Буду вас с Ильёй сейчас угощать чаем!

Она уже привстала, чтобы пойти за выпечкой, но здесь вмешался отец.

— Ты погоди, мать, Илью угощать, — остановил он её жестом. — Свету вон угощай, ребёнку расти надо. А Илье объедаться не стоит. Нам через два часа в баню идти.

Я внутренне напрягся. Мой аналитический модуль быстро выдал справку по запросу «баня». Экстремально высокие температуры, замкнутое пространство, повышенная влажность и ритуальное хлестание друг друга ветками деревьев. Зачем? Для чего добровольно подвергать свою биологическую оболочку термическому стрессу? Ответа на этот вопрос в памяти хозяина тела не было.

— План у нас сегодня такой, — не замечая моего замешательства, командным тоном объявил мне отец. — Сейчас лёгкий перекус, через два часа идём в баню, кости греть. А завтра утром, на зорьке — на рыбалку!

— Я бы хотел обсудить целесообразность… — начал я, пытаясь выстроить аргументированную защиту против этого варварского расписания.

— Отставить! — по-военному резко перебил отец, рубя воздух рукой. — Не обсуждается!

— Серёжа, ну если Илья не хочет… — начла было мать, но была тут же перебита.

— Не обсуждается! — повторил отец. — Правда, есть одна сложность: наша-то баня временно не работает. Я там каменку решил перебрать, всё никак руки не дойдут закончить. Но ради такого дела я со Степаном договорился. Он свою всё равно сегодня топить собирался, так что пойдём к нему.

В голове быстро сложилась не самая привлекательная картина: идти на чужую территорию, чтобы добровольно принимать гигиенические процедуры в тесном помещении в компании малознакомых людей.

— Я не вижу в этом практической необходимости, — вежливо, но твёрдо возразил я. — Да и к тому же… я мылся вчера.

На веранде повисла секундная пауза, а затем грянул смех. Даже Света звонко хихикала. А я сидел с абсолютно каменным лицом, лихорадочно пытаясь понять, где именно в моих рассуждениях закралась ошибка, и что в них смешного. Очевидно, я в очередной раз чего-то не улавливал. Судя по их бурной реакции, поход в баню в их культуре выходил далеко за рамки банального мытья с мылом и мочалкой.