Книга Пожиратель. Книга IV, страница 77 – Алексис Опсокополос

На весь экран вывели название указанных губерний, затем в кадр опять вернулся ведущий, который продолжил:

— Жителям этих регионов предстоит первыми в истории Российской империи выйти на выборы и решить, кто будет ими руководить. Ну а вся остальная страна будет с нетерпением за этим следить и, конечно же, обсуждать это нововведение. У нас на проводе политический обозреватель Яков Новицкий.

Картинка разделилась на две части: на одной остался ведущий, на другой показался лысоватый полный мужчина в видавшем виды красном свитере и с лицом человека, который знает в это жизни всё.

— Здравствуйте, Яков Романович, — обратился к обозревателю ведущий. — Как вы прокомментируете главную новость сегодняшнего дня?

— Здравствуйте, — ответил мужик в свитере высоким и не очень приятным голосом. — Сейчас всех в первую очередь интересует вопрос: действительно ли эти объявленные выборы — первый шаг к демократизации общества или это всего лишь заигрывание с народом в условиях неоднозначной политической ситуации. Ну а что касается меня, я думаю…

Однако нам было не суждено узнать, что же там думает Яков Новицкий насчёт выборов, так как отец неожиданно выключил телевизор и мрачно произнёс:

— Не к добру это!

— Почему не к добру, Васенька? — удивилась мать.

— Потому что не дело это — выбирать руководителей. Их должен государь император назначать!

— Так ведь нет императора, Васенька, — возразила мать.

— Чтобы император кого-то назначил, сначала надо выбрать самого императора, — подлил я масла в огонь.

— Да что вы такое говорите! — возмутился отец. — И что значит, выбрать императора? У Михаила, государя нашего, остались наследники!

— Папа, а ты уверен, что те наследники смогут назначить нормального губернатора? — спросил я. — Насколько мне известно, старший там вообще отморозок — у него одни гулянки на уме, а младший совсем мелкий ещё. Как он будет руководить?

— У государя есть советники! Они подскажут как! — отрезал отец.

На этом разговор закончился. Отец молча допил чай, а я всё же съел кусок шарлотки — очень уж она аппетитно выглядела. Пока жевал её, думал о новости и совершенно не сомневался в том, что предстоящие выборы никоим образом не являются шагом к демократизации общества. Я не видел вживую всех членов Временного правительства, но мне хватило встречи с одним из этой семёрки. После этого я был просто уверен, что ни о какой попытке укрепить связку с народом речь не идёт.

Временное правительство просто решило поиграть в демократию. Но вот с какой целью? Просто так ничего не происходит. Возможно, это первая часть какой-то хитрой многоходовочки, истинную цель которой мы узнаем ещё не скоро. А вот в чём я был уверен уже сейчас, так это в том, что карьере нашего губернатора пришёл конец — его точно не выберут.

Но что бы там ни было, какие законы ни принимались, что бы там ни мутили эти «временные», меня по-настоящему волновало лишь одно: лишь бы не отменили итоги приватизации.

Затем мы с отцом закончили завтрак и разошлись по комнатам, чтобы переодеться и собраться. Когда встретились у входа, невольно улыбнулись, глядя друг на друга: мы оба надели свои лучшие костюмы и выбрали похожие галстуки.

— Знаешь, Игорь, — сказал отец, окинув меня взглядом. — Мне кажется, что это всё не со мной происходит. Сначала тюрьма, теперь я еду на свой бывший завод, чтобы принять его в собственность.