Книга Пожиратель. Книга IV, страница 63 – Алексис Опсокополос

Приехав на арену, я сразу же направился к Петру Петровичу. И мне повезло — тот оказался у себя в кабинете. Охрана меня даже проверять не стала, лишь предупредили босса, что я пришёл. Тот, разумеется, велел меня впустить.

— Молот⁈ — воскликнул Петя Сибирский, когда я вошёл в кабинет. — Рад тебя видеть! Решил вернуться? Не отпускают бои? Понимаю.

— Не до боёв мне сейчас, Пётр Петрович, — ответил я. — Хотя драться приходится. Вот сегодня пришлось раскидать толпу быков, которые ко мне на рынок пожаловали.

— Это не я отправил.

— Знаю, что не вы. Более того, я знаю, кто это сделал. И этот человек сегодня должен присутствовать на боях.

— И ты хочешь устроить с ним здесь разборки? — спросил бандит. — Это не самая хорошая идея. У меня нейтральная территория. И все это знают, поэтому приходят ко мне, не опасаясь за свою жизнь. И я дорожу той репутацией, что создал.

— Я вас понимаю и не собираюсь устраивать здесь никаких разборок, но есть одна проблема.

— Какая же?

— Я хочу наказать этого человека, хочу показать, что со мной не стоит связываться. Сегодня его шестёрки пугали меня тем, что отберут у меня рынок. Мне это не понравилось, и я хочу нанести предупреждающий удар. Я сам отберу у этого человека какой-нибудь жирный кусочек.

— А ты не потерял связи с реальностью, Молот? — усмехнувшись, спросил Пётр Петрович. — Я понимаю, прокурорская крыша — штука серьёзная, но она не делает тебя бессмертным.

— Ну вот, — я вздохнул. — Снова пошли угрозы.

— Я тебе не угрожаю, я лишь предупреждаю тебя, что с огнём играть опасно. Но это уже твои проблемы. Меня больше интересует, какое я к этому всему имею отношение?

— Самое прямое. Часть активов этот человек держит на паях с Фокиным, а я дал вам слово не трогать Фокина. И это теперь немного связывает мне руки, потому как данное вам слово я нарушать не намерен. Но с другой стороны, мне объявили войну, и я хочу в ответ бить в самое больное.

— Какие красивые слова: война, самое больное, — Петя Сибирский усмехнулся. — Хватить уже говорить загадками, что и у кого ты собрался забирать? Что там Фокину принадлежит?

— «Метелица».

— Ты сдурел, Молот? — Пётр Петрович аж в лице переменился. — Фокину там малая часть принадлежит. Ты знаешь, вообще, чей это клуб в первую очередь? Похоже, тебя дезинформировали и подставили.

— Нет, у меня проверенная информация, вот взгляните! — сказал я и протянул бандиту бумагу, полученную от Артура.

Петя Сибирский принялся читать, и с каждой секундой его глаза становились всё шире и шире. Закончив, он положил листок на стол и произнёс:

— Ты на Шрама, что ли, батон крошишь?

— Нет, — ответил я. — Шрам на меня, а я лишь хочу ответить. Да так, чтобы больше у него таких мыслей не возникало.

— Ты точно отморозок, — бандит вздохнул, снова взял список, пробежался по нему и сказал: — Серьёзное досье. Даже я многого, как оказалось, о Шраме не знал.

— Так я без поддержки в драку не лезу, Пётр Петрович. И отступить уже не могу — вы сами только что говорили: репутация — это всё. Один раз подмочил, уже не выправишь. Поэтому я не могу позволить, чтобы налёт на мой рынок остался безнаказанным. Но, как я уже сказал, есть нюанс — данное вам обещание.

Бандит вздохнул и призадумался. Через некоторое время достал сигарету, прикурил, сделал пару долгих затяжек и сказал: