Книга Шапка Мономаха, страница 75 – Алексис Опсокополос

— Ольга, здравствуйте! — обратился я к графине Никитиной. — Скажите, пожалуйста, какое любимое дерево у Вашей сестры?

— Что? — от удивления вскинув брови, произнесла Ольга. — Дерево? При чём здесь моя сестра? Вы кто?

— Похоже, им вообще ничего не сказали, — сказала мне бабушка и обратилась к заложникам: — Меня зовут Екатерина Александровна Белозерская. Моего внука — Роман Седов-Белозерский, он друг Вашей сестры. Сейчас вас с супругом отпустят, и мы отправимся в Петербург, где вы будете свободны. Но прежде мне нужно убедиться, что вы — это вы.

Ольга и её муж переглянулись, а я повторил свой вопрос:

— Будьте добры, скажите, какое любимое дерево у Вашей сестры?

Я был уверен, что Ольга назовёт пальму, и мы тут же отправимся домой, но я ошибался.

— Не знаю, — сказала сестра Милы. — Возможно, сирень. Лиза очень любит цветущую сирень.

«Приехали», — подумал я и принялся судорожно выбирать, какой бы ещё задать вопрос.

Однако Ольга мне помогла. Она с интересом меня оглядела и спросила:

— Вы тот самый Роман из Кутузовской академии? Из-за которого Лиза бросила меня одну в Сочи?

— Это точно Ольга Никитина, — сказал я бабушке.

Обмен прошёл быстро и без накладок, англичане забрали семью виконта Карингтона и удалились. Мы с бабушкой поблагодарили Вильгельма Пятого и тоже собрались уже уходить в кабинет, где Ристо должен был установить портал, но немецкий император после всех слов прощаний неожиданно добавил:

— Будь осторожна, Кэтхен. Гарри не успокоится. Раз он не вернулся, значит, не понял, что неправ.

— Он знает, что неправ, но он сделал свой выбор, — сказала бабушка. — И, похоже, мне скоро придётся делать мой. Если Гарри не оставит в покое меня и мою семью, я убью его. И не буду испытывать при этом никаких угрызений совести.

Вильгельм Пятый вздохнул, кивнул и ничего не сказал.

Когда мы вышли из портала в башне, Мила была там. Она сразу же бросилась обнимать сестру, и Ольга, которая, похоже, до конца не верила в происходящее, наконец-то поняла, что все неприятности позади, и разрыдалась. Мила тут же поддержала сестру. Глядя на это, муж Ольги смущённо улыбнулся и пожал плечами.

— Немного поплакать полезно! — изрекла бабушка тоном, не терпящим возражений, и добавила: — Сейчас вас проводят в гостевые покои, а через час жду вас в обеденном зале — выпьем кофе и обсудим, что нам дальше делать.

Бабушка ушла, сёстры Никитины продолжали плакать от радости, а муж Ольги смущённо протянул мне руку и представился:

— Туманов Андрей… Фёдорович.

— Роман, — ответил я, пожимая протянутую мне ладонь. — Седов-Белозерский.

Муж Ольги бросился благодарить меня за их спасение, но я быстро это дело пресёк, сказав, что благодарить нужно княгиню Белозерскую. После чего в сопровождении Милы и прислуги Ольга с супругом отправились в гостевые покои.

Через час мы все были в обеденном зале: я, бабушка, Мила и Ольга с Андреем. Последние минут десять эмоционально благодарили княгиню Белозерскую за спасение, перебивая друг друга. Но бабушке всё же удалось перевести разговор на другую тему. И сделала она это довольно эффектно.

— Вы же понимаете, что опасность не миновала? — спросила бабушка, и Ольга с Андреем тут же замолчали. — Герцог Эджертон очень мстительный. Вы ему безразличны, но он уже понял, что вы небезразличны мне. Поэтому вам теперь нужно быть очень осторожными. Вам Ольга лучше какое-то время побыть в моём замке, пока Ваш супруг не превратит ваше жилище в неприступную крепость.