Книга Долг, страница 75 – Алексис Опсокополос

В обеденный зал я примчался буквально за минуту до того, как туда прибыли ходившие смотреть на казнь. Когда все расселись за столом, бабушка на правах хозяйки взяла слово, поздравила всех с тем, что справедливость наконец-то восторжествовала, и высказала надежду, что теперь наша жизнь будет только улучшаться. После этого все приступили к трапезе.

Обед прошёл в непринуждённой обстановке. Говорили за столом в основном о будущем Санкт-Петербурга и возможных вариантах этого будущего; прошлое никто не вспоминал, его словно вычеркнули из памяти в момент казни Жилинского и Уварова. И это было понятно — все устали от войны и неопределённости.

После обеда все сразу же начали разъезжаться: первыми уехали Гагарины, затем дед Волошин, который забрал с собой маму и Андрея с Машей. Последним уехал дядя Володя. Один. Семью мамин брат оставил у бабушки, решив, что его жене и дочерям в целях безопасности ещё какое-то время лучше побыть в имении княгини Белозерской.

Не успели за гостями закрыть ворота, как и бабушка куда-то засобиралась по своим делам. Один я никуда не спешил — до отправления порталом в Новгород оставалось больше часа. Решив, что это время вполне можно потратить на отдых, я отправился к себе в комнату и завалился спать.

*****

Совещание в кабинете кесаря подходило к концу. Романов, Воронцов, Каменский, Валуев и Милютин обсудили ситуацию на фронтах, меры по окончательному примирению и сближению русских эльфов с русскими же людьми и орками и множество других вопросов разной степени важности. Кесарь хотел было уже объявить о завершении совещания, но глава Комитета федеральной безопасности задал вопрос:

— А что мы будем делать с Эстонией и Финляндией? Всё идёт к тому, что сопротивляться они будут недолго, особенно эстонцы. Но что потом?

— Тут надо серьёзно думать, — сказал Романов. — Вариантов несколько, но это тема отдельного и непростого разговора.

— С Финляндией можете делать что пожелаете, а Эстонию я вам не отдам! — неожиданно заявил Воронцов, чем изрядно удивил остальных участников совещания.

— Что значит, не отдадите? — спросил глава КФБ. — Я Вас не понимаю, Игорь Константинович.

— Что здесь непонятного, Игорь Денисович? — в свою очередь удивился глава русских орков. — Со дня на день мы закончим зачистку Таллина. Ещё несколько очагов сопротивления осталось на юге, на границе с Латвией. Но неделя, максимум десять дней, и там тоже всё будет закончено.

— Это всё очень хорошо, просто замечательно, но что потом? Что мы будем делать после окончания военной операции? — сказал Романов. — Игорь Денисович именно об этом Вас спрашивал. Сейчас никто не лезет в ваши дела, никто не мешает, но нужно думать уже сейчас, что делать с Эстонией в будущем. Вы же не планируете навсегда оставлять во главе этой страны своего коменданта? Не думаю, что эстонцы согласятся долго это терпеть. Сейчас вас активно поддерживают эстонские орки и люди, уставшие от безумной политики эстонских эльфов, но рано или поздно они попросят дать им право самим распоряжаться своей судьбой. Нам нужно быть к этому готовыми.

— Мы дадим им это право. Но не сейчас! — отрезал Воронцов.

— А когда Вы хотите это сделать? — поинтересовался кесарь.

— У меня сейчас достаточно других проблем, чтобы ещё и этим забивать себе голову, — ответил глава московских орков. — О правах тех, кто пришёл на нашу землю с оружием и потерпел поражение, я буду думать в самую последнюю очередь.