Книга Эскалация, страница 36 – Алексис Опсокополос

Однако и в этот раз мои планы подверглись корректировке почти сразу же — едва я вышел из здания администрации, у меня зазвонил телефон. Я достал аппарат и увидел на экране номер дяди Володи. Быстро принял звонок.

— У меня сейчас не так много свободного времени, — сообщил мамин брат после обмена приветствиями. — Поэтому если ты не против, то давай переговорим за обедом.

— Я только за, и у меня весь день свободен, — ответил я. — Опять в «Медведь» подъехать?

— В силу определённых обстоятельств, о которых ты явно наслышан, я сейчас в ресторанах предпочитаю не обедать. Я сейчас, вообще, стараюсь мало на людях. Если ты не против, то давай пообедаем в торговом представительстве Петербурга. Мне это будет очень удобно — у меня сегодня встреча за встречей — не продохнуть.

— Я не против, а где оно находится?

— Не стоит тебе сюда ехать самому. Я пришлю за тобой машину. Куда её отправить?

— К Кутузовской академии.

— Отлично. Ровно в час тридцать к академии подъедет чёрный мерседес с номером ноль сорок восемь. До встречи!

Дядя сбросил звонок, а я посмотрел на экран телефона. Часы на нём показывали половину двенадцатого. До приезда машины оставалось ещё два часа — я успевал немного поспать. Я положил телефон в карман и ускорил шаг.

Когда мы подъехали к торговому представительству Петербурга, я понял, почему дядя Володя не рекомендовал мне ехать туда самому. Здание представительства было оцеплено полицией, а напротив него стояла внушительная толпа демонстрантов с разными плакатами. Времени разглядывать протестное творчество не было, но один плакат меня поразил — на нём был изображён карикатурный эльф с остроконечными ушами, а надпись на плакате гласила: «Продам Россию. Дорого. За фунты».

Но меня плакат поразил не надписью и не остроконечными ушами, а тем, что эльф с плаката был внешне очень похож на моего отца. Мы подъехали к воротам представительства, дождались, пока они откроются, и заехали на территорию. Водитель запарковал машину, проводил меня в здание и оставил в небольшой красивой комнате, где был сервирован на двух персон обеденный стол. В этой комнате мне было предложено подождать дядю Володю.

Мамин брат пришёл примерно через полчаса после моего приезда, извинился, обнял меня, внимательно осмотрел и произнёс:

— Возмужал! Похорошел!

— Спасибо, — ответил я.

Дядя Володя подошёл к окну, показал рукой куда-то на улицу и спросил:

— Видел?

— Вы про демонстрантов? — уточнил я.

Дядя кивнул.

— Видел, — ответил я. — Каждый день такое?

— Нет. Два — три раза в неделю. Но обычно человека пять — десять стоят мирно с плакатами. А сегодня с утра много буйных было — яйцами и помидорами закидывали здание. Пришлось полицию вызывать.

«Наверное, это недешёвое удовольствие — закидывать что-либо помидорами в начале марта», — подумал я, но вслух этого говорить не стал.

— Полагаю, спрашивать, где ты был, не стоит? — поинтересовался тем временем дядя Володя.

— Лучше не надо.

— Ну не надо, так не надо, — согласился дядя и задал следующий вопрос: — А отцу твоему можно сказать, что ты вернулся и жив-здоров? Он часто о тебе спрашивает.

— Спрашивает? Обо мне? — удивился я.

— Твой отец не такой уж плохой, как ты думаешь. Если честно, я его никогда не понимал, и сейчас не понимаю, но он хороший эльф. Просто всегда находился под сильнейшим влиянием твоего деда.