Книга Повелитель огня I, страница 70 – Алексис Опсокополос

— Понял. Благодарю тебя, Могута, я теперь твой должник.

— Нет, княжич, — возразил мой спаситель. — Теперь мы в расчёте. Я ещё вчера хотел тебе помочь, но вчера Рутын дежурил, а он с моей деревни, его жалко. А Воропая не жалко, он был плохой человек.

— Это я заметил.

Могута схватил тело Воропая, подтащил его к самой решётке и пояснил:

— Надо, чтобы подумали, что ты сам его зарезал, тогда не будут сообщников искать. А ты давай одежду-то скидывай, пока сюда никто не пришёл. Разбегаться нам надо.

— Да сейчас, — сказал я и принялся раздеваться.

— И вот ещё, — произнёс Могута, протягивая мне свою рубаху. — Если заблудишься или ещё чего, иди в Малиновку. Это моя деревня. Мой дом — третий с краю от оврага. У него ставни с зайцами, таких ни у кого больше нет в деревне. Только приходи ночью, не надо, чтобы жена и дочь тебя видели.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — сказал я. — Но благодарю. Ты хороший человек, Могута.

После того, как мы с Могутой обменялись верхней одеждой, я попросил его дать мне ещё немного времени. Схватил котомку, принесённую Ясной, и быстро запихал в неё всю собранную не гнилую репу и брюкву, предварительно отмыв её. Затем вывернул карманы Воропая и сгрёб всю мелочь, что там обнаружил. Было не особо приятно это делать, но на войне как на войне. Мне предстояло как-то выживать в дороге, и брезговать такой добычей не стоило, пусть это и были сущие копейки.

Пока я это всё делал, Могута смотрел на меня с пониманием и одобрением — значит, я всё делал правильно. Закончив сборы, я сказал:

— Мне бы хоть какое-нибудь оружие. Странно, что у Воропая с собой только кинжал. Разве тюремщикам не полагается что-то более серьёзное? Вчерашние с топорами были.

— Полагается, — ответил Могута. — Он, наверное, оружие в стражнице оставил.

Мой спаситель взял связку ключей и вышел из камеры, я отправился за ним. Мы дошагали до конца коридора, там и располагалась та самая стражница — караулка по местному. Могута отпер дверь, и мы вошли в помещение.

Небольшая комнатка три на три метра с небольшим окном. Ужасно грязная и вонючая. Быстро осмотрев её, я обнаружил висящий на крючке меч в ножнах — короткий и явно не самого лучшего качества, не чета тому, что был у меня. Но мой забрали, поэтому стоило радоваться тому, что нашёл. Я быстро взял меч и прихватил со стола почти пустую здоровенную бутыль с какой-то мутной жидкостью.

Пока шёл по коридору, я вылил жидкость, а затем в камере прополоскал бутыль и наполнил её водой в дорогу. Правда, я был уверен, что эта вода завоняет раньше, чем скиснет молоко, но другой не было.

Ещё надо было как-то спрятать меч. Одно дело ходить по городу с котомкой, и совсем другое — с оружием. Во втором случае шансов нарваться на проверку патруля намного больше. Поэтому я снял с Воропая камзол и завернул меч в него, постарался сделать свёрток пухлым, чтобы казалось, будто там одни вещи. После этого я ещё раз поблагодарил Могуту, и мы с ним расстались. Я отправился на крышу, а мой спаситель — на болота мимо дружинников.

На крыше было жарко — ничего, что могло бы дать хоть какую-то тень, там не оказалось. Но зато я наконец-то дышал чистым свежим воздухом, и это было прекрасно. После двух с половиной дней, проведённых в душной, вонючей камере, это было настоящим наслаждением.