Книга Повелитель огня I, страница 51 – Алексис Опсокополос

Выехали сразу же после завтрака вместе с Лютогостом, Ясной и Званой в одной повозке. Добирались от княжеского замка до ярмарки минут двадцать — её развернули чуть ли не сразу за главными городскими воротами. С размахом развернули: ряды с разными товарами и вкусностями простирались, насколько хватало глаз. А от различных развлечений, предлагаемых гостям, шум стоял такой, что на расстоянии двух метров собеседника было уже плохо слышно. Похоже, на эту ярмарку прибыл народ со всех уголков княжества. Тем интереснее будет по ней походить.

Жаль только, ходить нужно было вместе с княжескими детьми, а это создавало определённые неудобства: народ, завидев нас, принимался кланяться в пояс, бросая все свои дела, поэтому атмосферу ярмарки — весёлую, бесшабашную, по сути, ощутить не получалось. При виде нас народ заметно напрягался. И немудрено — Лютогост разрядился так, будто он не княжич, а император Вселенной.

Он ещё и кучу охраны с собой взял непонятно зачем. Вряд ли на ярмарке настолько опасно, скорее, решил повыпендриваться. Вот только перед кем? Перед горожанами или приехавшими крестьянами? Или передо мной? Глупо и в том и в другом случае. Впрочем, никто и не говорил, что он особо умный парень.

После того как даже маги-фокусники прервали своё шоу и принялись отвешивать нам поклоны, я окончательно понял, что нормально посмотреть на ярмарку не получится. Я подумал, что имеет смысл на следующий день переодеться в простую одежду и самому прийти сюда. Просто побродить и поглазеть. Вряд ли меня запомнили настолько, чтобы узнать.

А пока мы просто ходили и собирали поклоны. Иногда останавливались, чтобы Лютогост мог рассмотреть что-то из товаров или попробовать какое-то угощение. В эти моменты многие торговцы бросались к нам и пытались что-то подарить. Особенно яростно «атаковали» Звану. Охрана, конечно же, пресекала все попытки, и лишь когда младшенькая сама что-то просила, её брат давал знак, разрешающий сделать подношение княжне.

Иногда Лютогост сам изъявлял желание что-то взять и молча указывал на интересующую его вещь. Ему тут же преподносили это в дар. В общем, тоска была та ещё, а не визит на ярмарку. И если Зване в силу возраста в любом случае было интересно, а Лютогост наслаждался, поглаживая своё чувство собственного величия, то Ясна, как и я, тоже заметно скучала.

Примерно через час ходьбы по ярмарке, я уже думал лишь о том, как бы скорее вернуться в замок. И дело, судя по всему, к тому и шло, но вдруг, проходя мимо одного из прилавков, Лютогост резко остановился и заорал:

— Почему своему господину не кланяешься!

Сначала я даже не понял, к кому он обращается — все вокруг стояли, согнувшись в поясном поклоне. И лишь взглянув совсем вниз, я увидел виновника. Точнее, виновницу. Это была маленькая девчушка, на вид лет четырёх. Кудрявая, светловолосая, чем-то похожая на мою Катюшку. Она испуганно смотрела на княжича своими большими голубыми глазами и не могла понять, почему этот расфуфыренный большой дядька на неё орёт. Зато её мать тут же бросилась на колени перед Лютогостом и заголосила:

— Прости, господин! Она ещё маленькая, засмотрелась на пряник! Прости её!

— Ты знаешь, что бывает с теми, кто не кланяется своему господину? — орал вмиг слетевший с катушек княжич на мать девочки.