Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 71 – Юй Сы

— Я позабочусь о Маомао, – спохватился А-Цю, понимая, что его Учитель в затруднении. – К тому же он все равно почти ничего не ест, кроме ци. Вся эта рыба ему без надобности. В духовном камне еще много осталось. Ему хватит на сто лет. – Юноша с неприязнью посмотрел на толстое белое тело. – Если он не будет таким прожорливым, – добавил он себе под нос.

— Прекрасно, – сказал Цин Юйдунь, без тени сомнений передавая ошалевшего от такого известия кота А-Цю. Тот сжал его в своих объятьях, и кот тут же недовольно зашипел, начал вырываться и цапнул руку противного мальчишки, оставляя кровавые царапины. Тот вскрикнул, Маомао вырвался и бросился на улицу, высоко задирая хвосты.

— Кажется, твой кот обиделся, – усмехнулся И Чэнь. – Цзисюань…

— А-Цю, идем. Я должен показать тебе движения, – прервал главу клана тот, выходя на улицу. А-Цю поспешил за ним.

Тяжело вздохнув, И Чэнь посмотрел на нефритовый свиток в руках – бесценное сокровище, которое пылилось в беспорядке кабинета Цзисюаня… За этот свиток многие были готовы убить. Снова вздохнув, он спрятал его в рукав и направился за шиди.

Обойдя резиденцию, Цин Юйдунь вышел на поляну посреди бамбуковой рощи. Сложив перед собой руки в печать, он извлек духовное оружие из золотого ядра. Это действие отозвалось ломотой во всем теле: ци разрывала его меридианы, ее поток хлынул в средний даньтянь, больно обжигая.

— Смотри внимательно. – Побледневший Цин Юйдунь и виду не подал. Он поднял меч и принял стойку. – Тебе придется запомнить все с первого раза, – добавил он, но умолчал, что это не потому, что он строгий Учитель, а потому, что на большее у него не хватит сил.

— Да, Учитель! – звонкий голос разнесся по поляне, и Цин Юйдунь сделал выпад.

Движения его меча были элегантны и плавны – чтобы А-Цю смог разглядеть все. Но, несмотря на это, каждое движение доносило до трех зрителей – притаившись на дереве, смотрел и обиженный кот – ударную волну ци.

— И следующие десять, – неожиданно выдохнул Цин Юйдунь, не опуская меч, а делая им резкий взмах. Бинжэнь сверкнул на солнце, разрезая воздух. Лед, покрывавший клинок, сиял, как серебро.

Чэнь Цю расширил глаза, стараясь не упустить ни одного движения. Его грудь наполнял восторг: его Учитель столь прекрасен! Так изящен! Его меч так остер и точен! Последний выпад взметнул опавшие листья в воздух, превращая их в ледяные иглы. Они ринулись во все стороны, но, долетев до А-Цю и главы секты, растаяли, упав на землю.

Цин Юйдунь опустил меч, тяжело дыша. Он пошатнулся, опираясь на Бинжэнь.

— Шиди! Хватит! – раздался громкий женский голос.

— А-Цю, ты запомнил? – Губы старейшины стали еще бледнее, но его острый взгляд пригвождал мальчишку к месту.

— Д-да, Учитель! А-Цю все запомнил! – быстро сказал он.

Ему хотелось броситься к Учителю, который, видимо, исчерпал последние силы на его обучение, странное чувство вины поднялось в груди, но на поляну уже опустилась женщина. А-Цю знал ее – это была его шигу^[69] Хуа. Она спрыгнула с меча и схватила Учителя за запястье. Ее красивое лицо исказилось от тревоги.

— Я запретила тебе использовать ци! – в ярости вскрикнула она, отпуская его запястье. – Ты хочешь умереть?!

А-Цю ахнул. Он не знал, что его Учитель так тяжело ранен, и теперь чувство вины вгрызлось в его сердце еще сильнее. Он опустил голову, не смея произнести ни слова и повторяя про себя шаги Цин Юйдуня, чтобы силы Учителя не были потрачены напрасно. Увидев его состояние, И Чэнь похлопал юношу по плечу.