Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 117 – Юй Сы

Пока звуки на палубе становились все громче, изнутри донесся ленивый женский оклик:

— Шиди Жань, чем ты там занят?

Медленно покачивая бедрами, на палубу вышла женщина без преувеличения демонической красоты. У нее было красивое лицо с изящными чертами, алыми губами и большими глазами под черными бровями вразлет. Она казалась почти куклой, однако в каждом ее движении – в том, как двигались ее бедра, как выступали ее груди в запахе халата, как развевались черные волосы, – чувствовалась неприкрытая сексуальность, вожделение и притяжение. Казалось, она стремилась совратить любого, кто осмелится бросить на нее взгляд. Однако взгляд Цин Юйдуня, который смотрел на нее из тьмы, похолодел еще на пару градусов – он знал эту женщину. Это была Ань Фэй, глава темной секты Цихэй^[91].

Мужчина, сжимавший в объятьях проститутку, бросил на нее взгляд.

— Тем, за чем мы сюда и пришли, – недовольно прорычал он, прикусывая шею девушки, выгнувшейся под ним. Та застеснялась от присутствия зрительницы и попыталась рукой прикрыть грудь, но мужчина по фамилии Жань вцепился в ее запястья, грубо вколачиваясь в ее тело.

— Жань Цин^[92]. – Глаза Ань Фэй сузились. – Мы уходим, – бросила она. – У тебя времени на пиалу чая.

— Слушаюсь, – выдохнул он, прокусывая кожу проститутки до крови. Та взвизгнула, пытаясь оттолкнуть его, но движения мужчины стали еще более грубыми и рваными, пока запястья девушки, которые он удерживал, не покраснели от его хватки.

— Больно! – воскликнула она, рыдая.

Ань Фэй, скучающе стоящая неподалеку, хмыкнула. Жань Цин был жесток как в жизни, так и в постели. Наконец он с рычанием излился, отстранился, облизываясь, и завязал штаны. Девушка осела на палубу, всхлипывая и пытаясь растереть ужасные красные следы, оставшиеся на запястьях. Ее одежды были изодраны в клочья, а шея искусана будто каким-то диким зверем.

— Все? – равнодушно спросила Ань Фэй. – Нам больше нельзя тут оставаться, раз дело сделано. – Она скользнула презрительным взглядом по девушке и повернулась к шиди. – Мы…

Она неожиданно прервала себя и бросила взгляд на пристань. В ее глазах вспыхнул огонь, фигура напряглась, а из золотого ядра материализовался черный клинок.

— Здесь кто-то чужой, – бросила она, легко перелетая через борт и приземляясь на деревянные доски.

Жань Цин за ее спиной тоже подобрался, но он был не так быстр, и пока он доставал свой меч, сзади на его спину опустилась ладонь, наполненная мощным зарядом ци. Он резко выплюнул кровь и рухнул, отчаянно взревев:

— Глава!

Ань Фэй молниеносно обернулась, и в ее глазах вспыхнула ненависть. Однако губы ее изогнулись в насмешливой улыбке.

— Старейшина Цунчжэ, вы знаете поговорку: «Незваный гость хуже монгола»?

На палубе, сжимая в одной руке Бинжэнь, второй собирая ци, стоял Цин Юйдунь.

— Глава Ань, – поздоровался он. У его ног скорчился от боли Жань Цин, получивший удар в спину от Дай Юня, который мягко приземлился следом.

Двое старейшин не знали, на что отвлеклись темные заклинатели, но с молчаливого согласия друг друга решили воспользоваться этим моментом, чтобы не дать им ускользнуть. В конце концов, глава секты Цихэй была крупной фигурой темного пути, и ее поимка (или устранение), безусловно, принесли бы только одну пользу.

— О, здесь еще и Призрачный старейшина. – В глазах Ань Фэй мелькнуло узнавание, когда она перевела взгляд на Дай Юня. – Бьешь в спину, Дай Юнь? Неужто задумал наконец-то перейти на темный путь? – говоря это, заклинательница медленно отступала, крепко сжимая клинок. В ее глазах мелькнул страх, когда Цин Юйдунь поднял меч, разгадывая ее намерение сбежать, и рванул вперед.