Книга Тень генерала. Любовь не знает приказов, страница 45 – Леся Громовая

Я опустилась на колени.

Горло сжалось, и я поспешно отвернулась, будто кто-то мог увидеть. Глупая привычка прятаться даже от пустоты. Я тёрла лицо ладонью, упрямо стирая влагу, но слёзы всё равно катились, горячие, злые, беззвучные. Я не всхлипывала. Не рыдала. Просто позволила им течь, потому что больше не могла держать всё внутри.

— Простите меня… — повторила я, уже не зная, к кому обращаюсь. — Я должна была понять раньше. Должна была остановить это. Должна была уйти как только мне станет лучше. Это я виновата.

Ответа не было.

Только ветер прошёлся по обгоревшим балкам, подняв тонкую пыль, и мне показалось, будто деревня вздохнула: устало, в последний раз.

Я вытерла лицо рукавом, резко, почти зло, и поднялась. Слабость длилась ровно столько, сколько я ей позволила. Внутри всё ещё болело, но боль можно было превратить в опору.

Я запомнила это место.

Каждый разрушенный дом.

Каждый след.

И когда я развернула лошадь обратно, слёзы уже высохли, оставив после себя только одно чувство: холодную, тяжёлую решимость.

Если это моя вина, значит, я же и остановлю того, кто это сделал.

Я отомщу за всех, кто погиб из-за генерала Дзян Бая!

* * *

Обратная дорога была тяжелее, чем до этого.

Лошадь шла шагом, фыркая и нервно перебирая копытами, она словно чувствовала то же, что и я. Воздух стал плотнее, будто мир затаил дыхание.

Я не думала, что скажу Вэй Ляну. Мысли возвращались снова и снова к одному имени. Дзян Бай. К его улыбке, к спокойному голосу, которым он отдавал приказы, за которыми следовал огонь.

Я больше не буду молчать.

Я слишком поздно поняла, что тишина вокруг неправильная.

В горах тишина бывает живой: с ветром, с птицами, с эхом.

Эта была мёртвой.

Лошадь резко дёрнулась.

Я напряглась и уже потянулась к луку, когда раздался первый свист.

Стрела прошла мимо, ударившись о камень. Вторая в землю перед копытом. Я спрыгнула в тот же миг, перекатившись в сторону, и третий выстрел ушёл в пустоту.

— Вперёд не лезь, хочу сам забрать этого мальчишку из Вэй! — рявкнул кто-то.

— Живой! — отозвался другой голос. — Заберём!

Они вышли сразу с трёх сторон. Человек двадцать. Не крестьяне. Обычные разбойники. Движения не слаженные, оружие не ухоженное. Щиты, копья, короткие клинки явно не особо хорошего качества.

«Явно просто решили поживиться, неужели думают, что у меня что-то есть для них? Оружие? Ну да, может быть, с их то точно они далеко не уйдут… а может их тут оставили, чтобы меня выследить и привезти к Дзян Баю, если вернусь?»

Что-то внутри щёлкнуло.

Я больше не считала удары.

Не экономила дыхание.

Не притворялась слабой. Мне нужно было выпустить ту ярость, что сейчас во мне бурлила.

Лук ушёл за спину, клинок оказался в руке сам. Первый бросился слишком самоуверенно, видимо тот, кого я услышала изначально. Шагнула навстречу, ушла под удар и вскрыла ему горло коротким, точным движением. Кровь брызнула на камень.

Второй попытался зайти сбоку, я развернулась, врезала локтем в лицо, услышала хруст, и, не останавливаясь, вонзила меч ему под рёбра.

Третий успел вскрикнуть.

Они сомкнулись, но уже поздно.

Я двигалась так, как двигалась всегда, когда переставала бояться. Быстро. Жёстко. Без колебаний. Каждый шаг — убийство, каждый разворот — расчёт. Копьё скользнуло по плечу, разорвав ткань, но я даже не замедлилась. Выбила древко, развернула его против хозяина, сломала, добила.