Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 96 – Виктория Чара

Так-так-так… Слишком мягко… слишком тихо… слишком приятно пахнет… Кажется, со мной такое уже было.

Я резко распахнула глаза. Высокие потолки с изящной лепниной, дорогие тканевые обои глубокого изумрудного цвета, тяжелые бархатные портьеры, надежно отсекающие утренний свет, и пушистые ковры, в которых нога гарантированно утонет по самую щиколотку.

Ну точно — опять дракон постарался! Значит, вместо того, чтобы оставить меня в моей собственной избушке, он притащил меня во дворец. Драконьи повадки во всей красе: пришел, увидел, уволок.

Прямо над моим ухом кто-то деликатно покашлял знакомым голоском. Я повернула голову — на соседней подушке, утопая в белоснежном шелке, возлежала Таисия. На ее голове красовалась новая голубая бандана, которая со сна сбилась на левый глаз, а на талии — новая юбочка из чего-то синего, кажется, тоже из шелка.

— Проснись и пой! — бодро проговорила Таисия, и тут же добавила: — В смысле, вставай, соня, нас похитили.

Я осторожно села. Голову тут же тяжело повело в сторону — вчерашний магический откат немедленно напомнил о себе пульсацией в висках.

— Да куда похитили-то? — проворчала я. — Не дальше дворца.

— Ну я и говорю: паучок в уголок уволок. И тебя, и меня, — подтвердила Таисия мои подозрения. — Как там во глубине сибирских руд? Камень-то, я смотрю, добыли, но меня, знаешь ли, терзают смутные сомнения. С чего это дракоша тебя на руках принес и полночи от кровати не отходил? Вы там не того?

— Чего «того»? — не поняла я.

— Ну, того… Ты молодая и симпатичная, он молодой и жутко привлекательный, — скрепка многозначительно поправила бандану.

— И?

— И, может, вы там время зря не теряли? А мне, знаешь, как любопытно! Ну расскажи, он за тобой ухаживал? Цветы-конфеты-серенады?

Я застонала, прикрыла глаза и рухнула обратно на подушку. Не удостоив Таисию ответом — рассказывать-то на интересующую ее тему было откровенно нечего, — я спросила:

— А ты-то как сюда попала?

— А меня тоже император на руках принес! Он за твоей макулатурой приходил, но я не отдала! Сказала: только вместе со мной! Ну и унес он меня сюда, — кажется, Таисия была преисполнена гордости от оказанной чести. — Только ты ему скажи, чтобы он меня больше не звал «Эй, железяка». У меня, вообще-то, имя есть!

— Книга и письмо? — опешила я, мигом забыв про слабость. — Он забрал Книгу и письмо Илоны?

— Ну я и говорю — бумажки твои все унес. Только, как я поняла, прочитать он их не смог: они без тебя не открываются, и что написано — не разобрать. Книжки твои у него там, в кабинете на столе лежат, — она неопределенно махнула металлической ручкой в сторону смежной двери. — Ах, да, ночью тут еще местный лекарь крутился. Резерв твой проверил, поохал-попричитал. Оставил вон ту гадость, — Таисия кивнула на прикроватную тумбочку. — Сказал, ближайшие сутки рядом с тобой должен неотлучно находиться сильный маг. Для чего — не знаю.

Я посмотрела на тумбочку. В пиале под льняной салфеткой была налита мутная зеленоватая бурда, от которой на разило болотной тиной и полынью.

Не успела я переварить эту информацию, как тяжелая дубовая дверь, на которую махала Таисия, распахнулась.

Я инстинктивно натянула одеяло повыше, прикрывая тонкую полупрозрачную сорочку, и выпрямила спину. Рэйвен — а это, конечно же, оказался он — пересек комнату абсолютно по-хозяйски.