Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 104 – Виктория Чара

— Почему вы не согласились? — спросила я, из последних сил пытаясь не растечься лужицей у его ног. — Она же просто идеальная! Красивая, породистая! А какие манеры безупречные! К тому же она настоящая принцесса!

Рэйвен усмехнулся.

— Еще месяц назад я бы именно так и сделал, Ася, — тихо ответил он, скользя большим пальцем по моей скуле. — Потому что это разумно и выгодно для государства.

— А сейчас? — мой голос всё-таки дрогнул.

— А сейчас мой дракон перегрызет глотку любому, кто попытается подсунуть мне другую женщину.

Его взгляд снова опустился на мои губы. Обжигающий жар его тела сводил с ума.

— Другую — это какую? — я уже совершенно не понимала, что говорю.

— Мой дракон наконец-то нашел свое сокровище. И остальные женщины больше его не интересуют. — Его голос упал до низкого, вибрирующего шепота.

Мое сердце с двойным усердием бросилось вскачь.

Я даже не успела вдохнуть — Рэйвен не дал мне ни секунды на раздумья. Пальцы, только что нежно гладившие мою скулу, жестко зарылись в волосы на затылке, намертво фиксируя и не оставляя ни единого шанса отстраниться. А в следующее мгновение он накрыл мои губы своими.

Наш первый поцелуй не был робким, мягким или осторожным. Это был самый настоящий пожар — властный, жадный, сносящий абсолютно все барьеры. В нем получил выход весь тот сумасшедший накал, который он сдерживал эти дни.

Он целовал меня так, словно я принадлежала ему по праву рождения, сминая губы с такой отчаянной, голодной силой, что у меня мгновенно подогнулись колени, и я буквально повисла на нем. Если бы не его вторая рука, стальным обручем впаянная в мою талию, я бы просто рухнула на ковер.

Я тихо ахнула, приоткрывая губы, и этот беспомощный звук стал для него спусковым крючком. Рэйвен углубил поцелуй, бесцеремонно и жарко сплетая наши дыхания. Терпкий мужской парфюм, смешанный с легким запахом дыма, и сумасшедший жар драконьей магии ударили в голову похлеще любого приворотного зелья.

Моя хваленая логика, принципы и всё праведное возмущение капитулировали еще в самом начале, не успев даже пискнуть.

Ну, правда, какая, к черту, разница, идеальная там принцесса или нет, если прямо сейчас этот невероятный мужчина заставляет меня плавиться заживо? И сам тоже — горит и плавится в моих руках.

Я судорожно выдохнула ему в губы, обвила руками его крепкую шею и запустила пальцы в темные волосы, отвечая на поцелуй с такой же отчаянной, абсолютно счастливой жадностью.

Рэйвен глухо, рокочуще зарычал прямо мне в губы. И весь огромный мир сузился до его горячих губ, сильных рук и бешеного стука двух сердец, окончательно слившихся в один ритм.

С утра пораньше, сидя за огромным столом в малой обеденной зале, я изо всех сил изображала небывалую занятость и глубокую вовлеченность в процесс спасения мира. Я даже принесла с собой на завтрак письмо Илоны и Книгу Путей.

Объективно — не обращать внимания на сидевшего рядом дракона получалось так себе.

Буквально все вокруг напоминало о вчерашнем поцелуе, от которого у меня расплавились и вытекли до последней капельки мозги. Особенно его губы. Вот он отпил кофе и что-то сказал. Его руки — он отставил чашку и переложил ворох каких-то бумаг. Его глаза — вот он смотрит на меня и явно чего-то от меня хочет.

— Ты почти не ешь, — заметил Рэйвен ровным, бархатным тоном. — Попробуй вот это.