Книга Моя любимая Дылда, страница 13 – Ника Громова

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду: “Привет, Барби!”, “Привет, Кен!”, - изобразил он смешным фальцетом.

— Всё равно не понимаю, — усмехнулась я.

— Нет, правда, он просто функция, робот. Обед начинает и заканчивает ни минутой раньше, ни минутой позже, как и рабочий день. Не горит над рабочими вопросами, не пытается найти решение, действует строго по регламенту. Общается нормально только с теми, кто выше по должности, то есть для дела.

— Может, он просто ценит своё личное время, — неуверенно произнесла я, зачем-то решив защищать Руслана.

Может, не его самого, а свой выбор.

Гордей только закатил глаза на мой ответ.

— А, может, ты просто метил на его место? — поддела я.

— Когда-то я хотел его должность, но я ее перерос. Потому что я гениальный управленец. И это не мешает мне быть объективным насчет него.

Светло-карие глаза Гордея внимательно следили за дорогой, он плавно и уверенно управлял автомобилем. Сам его вид, шутливо-самодовольная улыбка и забавные реплики делали своё дело. Понемногу заставляли меня переключиться на наши словесные перепалки и расслабиться.

— Гениальный и объективный Гордей, — иронизировала я, подставляя ладони под тёплый поток воздуха из дефлекторов.

— В нём не хватает… не знаю чего именно. Если вы всё же сойдетесь, то не удивляйся, когда услышишь от него: “Дорогая, вторник не время для объятий, день объятий по четвергам”, или “Дорогая, я не могу приехать за тобой в роддом, ведь ты знаешь, по утрам субботы я всегда играю в теннис“.

Я не удержалась от смеха.

— Рад, что получилось тебя развеселить. Хоть искренне не понимаю, на что в нём ты могла повестись.

Я глубоко вздохнула.

— Всё из-за того, что я — дылда, а он высокий, — пожала плечами, сбрасывая остатки напряжения. — Знаешь, что сказал Миша Кулешов в восьмом классе, когда увидел, что мне подарили валентинку? “Ого, даже Дылде кто-то написал”.

Я сглотнула слюну, ощутив сухость во рту. Поправила волосы. Даже спустя столько лет что-то царапало и давило в груди от этих воспоминаний.

— Получается, ты нравилась кому-то такой, какая есть. Но если хочешь, найдём того Кулешова, и я набью ему морду за эти слова, — спокойно предложил Гордей.

Мне показалось — ради шутки.

— Конечно, нет, — отмахнулась я. — Это было давно. И ведь он был не единственный, кто так меня называл. Ты же понимаешь. Когда-то я была прелестной маленькой девочкой, а потом в подростковом возрасте я резко стала расти, всё выше и выше, будто я съела волшебные бобы из сказки. И, бах, я стала дылдой.

Про то, что фигура моя оформилась далеко не сразу, я решила тактично умолчать. По факту я была не только высокой, но и плоской, как доска, до определённого времени. Хотя сейчас у меня размер “Б” и подтянутое, хоть и не очень регулярными, пробежками тело.

— Угадай, какое погоняло было у меня в школе?

Он бросил на меня быстрый взгляд.

— И какое же?

— Рыжий.

Я тепло улыбнулась.

— Слишком очевидно, чтобы угадать.

— Я это к тому, что у каждого есть свои особенности. В этом нет ничего плохого.

— Да, но… просто я хочу, чтобы рядом со мной был тот, кто выше меня. И тогда я больше не буду дылдой. Я как будто смогу спрятаться за чужой рост.

— Рост мужчины — это не главное, что позволяет женщине рядом с ним чувствовать себя в безопасности.