Книга Моя любимая Дылда, страница 10 – Ника Громова

— Ужасно, да. Я и не думал, что флирт в твоём исполнении будет таким… убойным, — всё-таки сдержанно хохотнул Кисевин. — Ты почти пошла на таран.

Я сразу вспыхнула.

— Вообще-то ты должен был мне помогать! — вспылила я.

— Тут я ничего не мог сделать против твоего… мощного обаяния.

— И что это ещё за “крошка”?!

— Ну ты же Лялина, значит, ляля — крошка. Всё логично, — с наглым видом улыбался Гордей.

— Чтобы ты знал, слово “крошка” в отношении девушки под метр девяносто звучит как издёвка и оскорбление!

— Ну, хочешь, тогда ты будешь “малышка”?

— Что?! Ты совсем берега потерял, Кисевин! Ты не боишься, что я за эти слова тебе голову откушу?

— Да, о том, что ты кусаешься, я был вчера предупреждён.

Я издала рык отчаяния и раздражения. Ну вот как с ним вообще иметь дело?

— А ты тогда кто — Мурзевин, или… или…, - я задохнулась от возмущения.

— Свет? — с заговорщическим видом прервал мою тираду Гордей, по блеску в глазах было сразу видно — что-то задумал.

— Что?

— А достанешь ручку из-под стола? Я посмотрел бы.

— Да иди ты!

Я толкнула в плечо этого наглого хлыща. Кисевин даже не шелохнулся от моего толчка и только легко рассмеялся. Чёртов провокатор.

Мне ничего не оставалось, как развернуться и гордо продефилировать обратно в бухгалтерию, чтобы утешить своё уязвленное самолюбие кусочком белого воздушного шоколада.

На часах было уже пять вечера. Большая часть офисных обитателей, сбросив кандалы, отправилась по домам. И только в нашем отделе рабочий день все продолжался. Ольга Петровна, главный бухгалтер, еще в четыре часа уехала с документами в налоговую, разбираться. Марина сидела с реестрами. А я проводила оставшиеся накладные. Глаза уже начинали слезиться от постоянной работы за монитором, и мелкие цифры все больше норовили превратиться в рябь.

Я даже не обернулась, когда тихонько хлопнула дверь в наш кабинет. Краем уха я услышала, что это Антон пришёл за Мариной, чтобы забрать её домой.

Вот бы и за мной кто пришёл.

— Привет, Свет, — дружелюбно поздоровался Антон.

Я устало улыбнулась и махнула ему рукой, не отрываясь от процесса, иначе проведу не то и не туда.

— Сейчас. Я уже собираюсь, — засуетилась Марина.

— Кстати, на следующей неделе Яна приезжает, — доносился голос Антона, мешая мне сосредоточиться.

— Уже? — судя по голосу Марина была не в восторге от Яны, кто бы та ни была. — И где она остановится?

— Напротив нас, у бабушки Цветича.

Цветич, он же Цветомир, как я знала, должен был стать приёмным сыном этой пары. Антон, хоть и не был его отцом, долгое время был его единственным опекуном. Так что вместе с Антоном Марина получила ещё и Цветича. Но она быстро прониклась его усыновлением. Мне казалось, что это одна из причин, почему они не стали тянуть со свадьбой. Но говорить вслух об этом, я, конечно, не стала. Это только их личное дело. Хорошо, если у них всё хорошо.

Кажется, я даже успела с ними попрощаться, когда отметила, что в кабинете наконец установилась тишина.

Вдруг рядом с накладными легла плитка белого шоколада. Я аж подпрыгнула от неожиданности на своём стуле и чуть не воскликнула “Да кто еще здесь? ”

Оглянувшись, я убедилась, что только одному человеку удаётся так чётко действовать мне на нервы.

— Кисевин, ты хочешь, чтобы меня инфаркт хватил? — вспылила я, театрально хватаясь за сердце рукой.