Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 66 – Daria Tetslova

Меня поражали масштабы популярности Исхакова. Его фамилия красовалась на многих плакатах, а цифра девять, как я поняла, была его игровым номером. Это было удивительно — видеть, как его имя вызывает столько восторга у людей.

Давид, не теряя времени, передал нас в руки одного из организаторов, который проводил нас к нашим местам. Сам он, конечно, не мог задерживаться — его уже ждали в раздевалке, где начиналась подготовка к игре.

Крепко держа дочь за руку, мы шли за девушкой-организатором, которая уверенно вела нас к VIP-ложе. Там уже собирались гости, и я сразу заметила Ярину и её сына Серафима, стоящих у панорамного окна.

— Я буду недалеко, если что-то понадобится, вы всегда можете ко мне обратиться, — мило улыбнулась девушка, я поблагодарила её и кивнула, после чего она вышла, оставляя нас одних.

— Лада! — радостно воскликнул Серафим, заметив мою дочь. Он тут же бросился к ней, крепко обнял и начал что-то взволнованно рассказывать, от чего Лада только смущённо улыбалась.

Ярина, увидев меня, подошла с приветливой улыбкой.

— Привет, Олеся, как же я рада тебя видеть, — сказала она, слегка приобняв меня. — Давид упоминал, что пригласит вас на игру. Серафим всё не мог дождаться встречи с Ладушкой, всё уши мне прожужжал.

Мы обе невольно улыбнулись, наблюдая за нашими детьми. Серафим, оживлённо жестикулируя, что-то рассказывал Ладе, а она, не отрывая взгляда, слушала его с искренним интересом.

— Лада тоже частенько спрашивала про Серафима, ещё так долго платье выбирала к встрече с ним, — усмехнулась я.

— Они такие милые, — умиленно вздыхает Ярина, глядя, как они держатся за ручку и тычут пальцем в панорамное окно, что-то показывая друг другу, перешёптываясь. В их глазах светится неподдельное счастье.

Матч начинается спустя полчаса, и дети с восторгом наблюдают за игрой. Серафим, как уже более опытный в хоккее, с важным видом объясняет Ладе моменты в игре хоккеистов, а она, широко раскрыв глаза, слушает его.

— Давид для Серафима не просто дядя, он его кумир, самый любимый хоккеист, — наклоняется ко мне Ярина, улыбаясь. — Он буквально боготворит его, самый преданный фанат.

— Это здорово, — киваю я. — Он увлекается хоккеем?

— Да, тут приложил руку к этому сам Давид, — на мой вопросительный взгляд она уточняет: — Иногда Серафим оставался с Давидом, а тот 24/7 проводил на катке, ну и его брал с собой. Теперь у меня сын тащится по хоккею и мечтает стать профессиональным игроком как и его дядя.

— Я заметила, Давид действительно прекрасно ладит с детьми, — говорю, переводя взгляд на Ладу, которая стоит неподалёку, заворожённо наблюдая за игрой. — Она всегда сторонилась незнакомцев, а с Давидом произошёл какой-то сбой, и она сама бежит к нему в руки, как будто знает его всю жизнь.

— Мой братишка, конечно, выглядит и порой ведёт себя как самый настоящий балбес и разгильдяй, но на самом деле он очень ответственный и хороший, — проговаривает Ярина, смотря на лёд, где играет Исхаков. — После смерти родителей он полностью ушёл в спорт, а я пыталась нас прокормить… — она резко замолчала.

— Давид рассказал мне, что ты его вырастила, и то, как он благодарен тебе за это, — тихо произношу. — В двадцать лет одной растить десятилетнего ребёнка — это огромный труд. Даже мне, с помощью родителей, бывало тяжело с Ладой. Был страх, что я не справлюсь…