Книга Без страха и упрёка, страница 80 – Андрей Земляной

Штурмин плавно выбрал свободный ход спуска и нажал.

Приклад тяжело толкнул плечо. В прицеле офицер качнулся, сделал короткое движение рукой и упал возле машины.

Окружавшие его люди среагировали быстро. Двое бросились к упавшему, остальные пригнулись и начали искать укрытие. Один из офицеров опустился рядом с раненым на колено, закрывая его собственным телом.

Штурмин передёрнул затвор и выстрелил второй раз.

Офицер возле машины упал поверх первого.

Третьей целью стал человек, который пытался поднять карту и одновременно отдавал приказ мотоциклисту. Алексей выстрелил, увидел, как тот развернулся и исчез за капотом, после чего сразу начал отход.

Оставшиеся два патрона он не использовал.

Группа уже рассыпалась, машины и стена закрывали цели, а стрелять по случайным фигурам сквозь дым не имело смысла.

Штурмин отполз от пролома, поднял винтовку и через провал в перекрытии спустился этажом ниже. Затем прошёл по переходу в соседний корпус, пересёк два помещения и оказался у лестницы, ведущей в подвал.

Первые немецкие пули ударили по прежней позиции, когда он находился уже в другом крыле. Через несколько минут туда легли мины.

В подвале Алексей снял затвор и осмотрел оружие. Удовлетворения от удачного выстрела он пока не испытывал. Офицер мог быть только ранен, а два следующих попадания — достаться людям, которые не имели большого значения. О результате можно было судить лишь по тому, что немцы сразу начали обрабатывать верхние этажи и прекратили движение на перекрёстке.

Сивый пришёл позже, когда огонь перенесли на складской корпус. Он сел у стены и дождался, пока Алексей закончит с винтовкой.

— Судя по тому, как немцы расковыряли твой прежний этаж, на перекрёстке ты попал не в повара, — произнёс пулемётчик. — Кто там был?

— Старший офицер и люди его штаба, — ответил Штурмин, возвращая затвор на место. — Точнее узнаем только в том случае, если разведка перехватит переговоры или возьмёт документы. Я видел поведение группы, а не петлицы.

— Значит, придётся ждать, пока они сами сообщат, кого недосчитались, — заключил Сивый. — У немцев сегодня и без того день получился неудачный, теперь ещё начальство придётся пересчитывать.

К вечеру артиллерийский огонь по фабрике усилился. Немцы последовательно били по верхним этажам и остаткам крыши, хотя Штурмин уже несколько часов находился внизу. На дальнем перекрёстке появились санитарные машины, затем движение почти прекратилось.

Подтверждение пришло только следующей ночью.

Капитан Зайцев из разведывательного отдела дивизии прибыл на фабрику через подвальный переход вместе с двумя сопровождающими. Он привёз расшифрованные радиоперехваты, показания пленного связиста и несколько документов, снятых с офицера возле разбитой штабной машины.

Руденко вызвал Штурмина в командный подвал.

Зайцев разложил бумаги на столе и сообщил:

— Источники независимые, сведения совпадают. Первым выстрелом убит генерал танковых войск Г. Рейнгард. Вторым погиб начальник его штаба. Третий офицер, командовавший одним из полков на этом участке, тяжело ранен. После потери командования немцы отменили подготовленную атаку и несколько часов восстанавливали управление.

Руденко посмотрел на Штурмина, ожидая реакции.

Алексей почувствовал короткое удовлетворение. Не из-за генеральского звания само по себе, а потому, что один выстрел действительно остановил готовившийся штурм и дал защитникам несколько часов. За это время на фабрике успели перевязать раненых, поднести воду, сменить расчёты и укрепить выбитый участок стены.