Книга Чумной Лис, страница 42 – Ольга Михайлова

Золотая Луна польщенно улыбнулся. Обращение начальника, вдруг перешедшего на «ты», было не унижением, скорее — свидетельством возросшего доверия. Ли Лунчжэнь действительно перестал подозревать молодого Цзинь Юэ: тот весь день никуда не отлучался от него, стало быть, не он убил принца и его присных. Он точно не Чумной лис.

— Уверен, — криво улыбнувшись, кивнул Ци. — Это не Цзэшинь, я знаю этого идиота. Он на такое просто не способен. Одним ударом прикончить принца и подставить под удар род Чжао и … боюсь, не только его одного? Это Лис, и он опаснее, чем я думал. Быстро, дерзко, безжалостно, умно! На три хода вперёд! Ох, нахлебаемся мы с ним… — лицо его помрачнело.

Вскоре вернулся Лю Бинь, мрачный и насупленный.

— Наши люди оградили участок, однако, если я правильно разглядел впотьмах, странно всё. Там поляна с пригорком, дубы, а вдали несколько чахлых кустов, кажется, орешника и заросли ежевики. Кусты ещё довольно густые, в них можно укрыться. Но если копьё в принца метнули из кустов, тогда сила и меткость у убийцы — потрясающая: от кустов до трупов егерей больше тридцати чжанов! И обе стрелы легли прямо в сердце егерям.

Ци Цзинь Юэ хмыкнул.

— Думать, что пьянчуга Цзэшинь, который и веер с похмелья в руках с трудом удержит, с тридцати чжанов попал в лоб принцу? Да как в это поверить?

Меж тем слуги не нашли среди вернувшихся охотников ни Чжао Цзэшиня, ни Линя Сичжэ, сколько ни выкликали их имена. Однако принц Тайфай тут вспомнил, что видел обоих — возле поваленного дуба на Волчьем взгорье: Линь ещё спросил его егерей о барсучьих норах.

Несколько всадников, взяв факелы и собак, тотчас отправились на Волчье взгорье, благо, там стояли мишени и проходили состязания лучников, и потому это место знали все. Не прошло и получаса, как пропавшие были найдены. Увы, допросить никого из них было невозможно: оба попали в волчью яму с кольями на дне и были мертвы.

Услышав об этом, Чжао, вышедший из шатра, в бессильном отчаянии опустился на жухлую траву возле императорского кортежа. С одной стороны, смерть Чжао Цзэшиня и Линя Сичжэ снимала с его дома подозрения в покушении на особу наследного принца и обвинения в заговоре. Император не мог не понять, что оба были убиты или погибли, а их оружие использовали для покушения на принца! Но гибель двух наследников фактически убивала его род. Две дочери не смогут поддержать его. Это был конец его семьи.

Император, узнав о гибели Чжао Цзэшиня и его брата, вызвал Ли Лунчжэня. Тот сразу сообщил, что место гибели принца оцеплено и едва рассветёт, они направятся туда.

Император тихо спросил:

— Это оно, Лунчжэнь?

Лунчжэнь понял, о чём спрашивает император, но пожал плечами.

— Пока не знаю. Но скажи, Синь, молодой Хань… он, когда вернулся в западной пустоши, больше никуда не отлучался?

Император смерил брата быстрым взглядом.

— Вернулся он ещё до часа Змеи и объявления начала охоты. Потом был в шатре императрицы, я пару раз заходил к матери: Хань был там, в шахматы с ней играл. Он никуда не отлучался, это точно.

— И то хорошо. Я буду докладывать, как только узнаю что-либо.

Ли Лунчжэнь вернулся к себе в палатку. Лю Бинь и Ци Цзинь Юэ лениво играли в мацзю, — лишь бы не заснуть. Лунчжэнь велел обоим ложиться. Второго приглашения не потребовалось. Лю Бинь опустился на топчан, а Ци разлёгся на своём плаще. Ли Лунчжэнь лёг у самого входа, заблокировав верёвку полога.