Книга Чумной Лис, страница 27 – Ольга Михайлова

Ли Лунчжэнь недоумевал. Что, если тайны Яна Цзюня, Мао Юнцина и Хань Чжэньшаня были не просто пробелами в биографиях, а частями сложной интриги, каждая деталь которой была тщательно подогнана?

Но нет, покачал он головой. У жреца Вэня мог остаться незаконный сын. Один. Но не трое же! А между тем все трое казались загадкой.

Что происходит? Где замечания и комментарии? Если не будет, автор остановит публикацию! Пишешь-пишешь, а толку…

…Запах осенней листвы смешивался с ароматом благовоний, а блёклое осеннее солнце бросало причудливые блики на расшитые одеяния придворных. Вельможи и евнухи, словно пёстрые бабочки, порхали меж деревьев, стараясь выделиться, дабы снискать благосклонность императора. Наложницы, укрывшись в паланкинах, наблюдали за происходящим, потягивая благоухающий чай из фарфоровых чашек.

Каждый род старался выделиться, подчеркнуть свою значимость в иерархии империи. Ли, как царствующая династия, несомненно, задавала тон. Их одеяния выделялись изображением драконов. Остальные не отставали, используя сложные узоры, символизирующие их историю и достижения. Богатые меха — соболь, рысь, лиса — не столько согревали в прохладную погоду, сколько говорили о достатке и роскоши. Их оружие также свидетельствовало о высоком статусе: луки из редких пород дерева, инкрустированные нефритом и слоновой костью, стрелы с наконечниками из стали, клинки с гравировкой — все подчёркивало принадлежность к элите.

Возле императорской колесницы стояли воины в доспехах, соколиные перья, украшавшие их головные уборы, легкомысленно трепетали на ветру, вторя суете вокруг.

Кроме принцев, тут были отпрыски семейства Сун и молодые аристократы семейства Ван. Род Чжао представляли чуть протрезвевший Чжао Цзэшинь и его брат, семейство Шэнь выставило Шэня Панжуня, а Цао — Цао Цзюньмина.

В воздухе как предгрозовая духота витало странное напряжение. Император настоял, чтобы после торжественного завершения охоты его старший сын, Ли Мин, был объявлен наследником престола. Решение о назначении было принято им после долгих раздумий. Император надеялся, что это укрепит династию и развеет дурные слухи.

Титул, которой принц получал от отца-императора в первую очередь зависел от статуса его матери, в дальнейшем — от способностей самого принца. Сыновья императрицы и благородных супруг обычно получали титул «цинван» — принц первого ранга, сыновьям наложниц более низкого ранга и внукам императора присваивались титулы цзюньван — принц второго ранга, принцы третьего ранга именовались бэйлэ, четвертого — бэйцзы. От ранга зависело количество привилегий, денежное содержание и количество слуг. Ранг принца мог быть повышен при наличии заслуг или понижен в качестве наказаний. Титул наследного принца мог получить любой принц по выбору императора, предполагалось, самый способный и добродетельный.

Первый и второй принцы были сыновьями императрицы Сяочжэнь и были цинванами. Третий и четвертый сыновья от благородной супруги Тун носили титул цзюньван.

Принц Чунь с трудом скрывал раздражение, младшие сыновья мрачно переглядывались, а принц Ли Мин то и дело надменно вскидывал подбородок. Он был уверен в своей избранности и не сомневался, что достоин трона,

Ли Лунчжэнь считал решение императора поспешным: первый принц был не очень зрел и не очень умён. Ли Чунь, второй принц, вспыльчивый и дерзкий, тоже не отличался умом, а вот Ли Тайфай и Ли Цзянь, третий и четвёртый принцы, были куда спокойнее и разумнее. Однако своего мнения Лунчжэнь вслух не высказывал, но внимательно оглядывал участников охоты. Рядом с ним стояли Лю Бинь и его молодой сотрудник Ци Цзинь Юэ, облачённый в новенький халат чиновника шестого ранга. Волосы, убранные под форменную шапку, обнажили мощную шею и очень широкие плечи.