Онлайн книга «Квантум»
|
* * * За всеми этими мыслями я не заметил, как мы пришли. Кроме коридоров и узких отсеков, к сожалению, больше мне ничего разглядеть не удалось. Почему-то в этой части корабля даже люди перестали попадаться навстречу. Да и освещение оставляло желать лучшего. А потом просто раз — и вот мы оказались в каютах службы внутренней безопасности. Место это прямо сквозило подозрительностью и несвободой — усиленная дверь, маленькие окошки, и кромешно-тёмный коридор за второй, чуть приоткрытой дверью. Меня же усадили за железный стол с характерными колечками для крепления наручников. Лейтенант, кивком головы велев всем выйти, с облегчением бухнулся на стул напротив и, застучав пальцами по столешнице, уставился на меня. Я сразу вспомнил, как мы в Уральском НИИ договорились — если у меня будет возможность сообщить об успехе операции, надо найти способ сделать это. И кодовое слово: «Квантум». Чуть склонившись вперёд, я прошептал: — Мне нужно вам кое-что сказать. Тот повёл ухом: — Что? Не расслышал… Его глаза сразу же разгорелись азартом, да таким, что мне стало не по себе. Не каждый день чувствуешь себя мышкой, которая наконец-то попала в лапы голодному коту. «Наконец-то настоящий диверсант!» — так и кричало лицо собеседника, — «Ну же, попробуй подкупить меня! Завербуй! Ещё хоть слово!» И я сразу понял, что продолжать дальше опасно. Ни в какое Уральское НИИ он не позвонит, а каждое моё слово будет считаться попыткой шпиона выйти на связного. А если меня, то есть, Мазина расстреляют по моей вине? Как на это посмотрит Система? Минус сто процентов штрафа? — Я не виноват, — тут же шёпотом выдал я, и от меня не укрылось, какое глубокое разочарование постигло лейтенанта. — Разберёмся, — буркнул тот. Мы долго сидели молча, лейтенант мариновал меня взглядом, но вскоре вернулся один из его людей, и на стол легла тонкая серая папка. — Мазин Борис Викторович… кхм… оператор котельного отделения сухопутного крейсера «Борзый»… кхм… с две тысячи сто четырнадцатого года… ага… и по сей день. Целый год у нас, да? Я кивнул. — А до этого, я смотрю, служили на тральщике. Лёгкая контузия… кхм… понятно. Полгода комиссии… ага… и к нам. Идеальная легенда, так? — Не понимаю, о чём вы. — Разрешите, наверное, представиться. Помощник коменданта собственной безопасности крейсера Борзый, лейтенант Герман Иванович Феоклистов, — сказал он без тени улыбки. — Оператор Мазин Борис Викторович. — Кодовое имя? — Что? — Как давно вы работаете на врага, Борис Викторович? — Я не работаю на врага, — тут же ответил я. — Ну как же. Целый год провели у нас, втёрлись в доверие к начальству, сдружились с коллективом. Логично… кхм… расчехлиться именно сейчас, ведь так? — лейтенант лениво перелистывал скудное досье, — Вот, у вас тут в увлечениях написано «музыка». Странное увлечение для оператора котельной, не находите ли? Что предпочитаете… эээ… джаз? Вопрос сразу же вернул меня в неприятное прошлое, когда после смерти отца нашей семье пришлось пройти через несколько унизительных допросов. Военные следователи искали любую зацепку, доказывающую связь командира крейсера с американцами, и доходило до полнейшего абсурда. «Полосатый матрас? А вы не думали, почему ваш муж выбрал именно этот цвет, белые и красные полоски?» — кажется, даже такой вопрос задали моей матери. |