Книга Призраки и пулеметы, страница 101 – Александр Бачило, Шимун Врочек, Александр Шакилов, и др.

Шерингем с воплем отпрянул – окровавленный рот, окровавленный висок, быстрое и тяжелое дыхание, суженные злобой глаза… сквозь личину окончательно проступило подлинное лицо.

— Ты! – яростно выдохнул Шерингем. – Клоп недодавленный! С вампиром тягаться вздумал?!

— Клоп здесь ты! – рявкнул Патрик, бросаясь в атаку. – А я – ирландец!

Он и раньше слышал, что сумасшедшие нечеловечески сильны. Теперь ему пришлось в этом убедиться. Шерингем был силен, как лошадь, и гибок, как кот, – ни с ног его сбить, ни заломать, завернув руку за спину и ткнув лицом в землю, ни даже заставить отступить. Патрик лупил наручниками вовсю, у Шерингема все лицо было в крови, но безумец почти этого не замечал. Патрик врезал ему левой снизу в челюсть, что было сил – бесполезно, с тем же успехом можно бить кулаком фонарный столб. Шерингем даже не пошатнулся – только зубы лязгнули. А потом ухмыльнулся кровавым ртом как-то особенно мерзко, и тяжелый удар под ложечку вышиб из Патрика короткий рваный кашель, и еще раз, перед тем, как Шерингем швырнул своего противника оземь.

Патрик отчаянно пытался хоть как-то вдохнуть – но каменно тяжелые колени уже прижали его к земле.

— Допрыгался, умник, – удовлетворенно произнес Шерингем и расхохотался. Его рука пребольно вцепилась Патрику в волосы и приподняла голову, чуть приотвернув ее в сторону, чтобы удобнее было добраться до шеи. Шерингем наклонился к ней, все еще смеясь, – и в следующий миг захлебнулся смехом, когда чужая рука ухватила за волосы уже его, оттаскивая от горла жертвы.

Безумец все-таки был невероятно быстрым. Он даже успел обернуться. Но больше он не успел ничего. Невесть откуда взявшийся Тэлбот не дал ему ни единого шанса. Патрик увидел мгновенный острый блеск – а потом лорд Фрэнсис удивленно вскрикнул на вдохе. Хватка его ослабла, тело утратило вес – и на Патрика неправдоподобно медленно посыпались густые хлопья черного пепла, только что бывшие Фрэнсисом Шерингемом. Следом на грудь ему шмякнулся кинжал.

— Чт-т-тто… что это… было? – чужим, незнакомым ему голосом сипло выдавил Патрик.

— Вампир, – ответил Тэлбот.

За его спиной показался еще один силуэт, но Шенахан не сумел разглядеть, кто это. К горлу подкатила внезапная дурнота, в глазах потемнело, и Патрик потерял сознание.

В себя он пришел на садовой скамейке. Ворот его был расстегнут, галстук ослаблен, и ночной воздух беспрепятственно холодил обнаженную шею. Место укуса болело, разбитая в драке губа саднила вдвойне, жарко обожженная коньяком. Фляжку с коньяком подносил к его рту Роджер Мортимер.

— Шенахан, дружище, тысяча извинений! – пылко произнес он, когда Патрик открыл глаза. – Мы не предполагали, что на вас это так подействует.

Что-то в этой фразе было неправильным, но Патрик не мог понять, что именно. В голове плавал туман, мешая сосредоточиться. Патрик нахмурил брови, пытаясь поймать неправильность, – и голова взорвалась болью. Но именно боль и прояснила сознание.

— «Мы»? – в упор спросил он, и виноватый взгляд доктора был ему однозначным ответом.

— Мы, – подтвердил Тэлбот, поддерживая Патрика за плечи.

— Признаться, я был удивлен, когда вы пришли ко мне с объявлением Джеймса, – помолчав, сказал Мортимер. – Но и обрадован. Ваше чувство ответственности наилучшим образом подтверждало справедливость нашего выбора.