Книга Рубеж, страница 6 – Александр Мазин, Анна Евгеньевна Гурова

— Идите, откуда пришли!

Вождь тех, кто преградил путь хирд манам Харальда, говорил по-нурмански очень чисто, но нурманом не был. И на кривича тоже не походил. Однако это был воин, и воин опытный, если судить по облачению.

— Кто ты таков, чтобы встать на нашем пути? – поинтересовался хёвдинг^[1].

Вежливо поинтересовался, немало удивив этим Радима.

— Лоймаром меня зовут друзья, – огладив светлую, присыпанную снегом бороду, ответил воин. – А ты зови меня Лоймаром Коротким.

— Вот как? А с виду ты не так уж короток. – Харальд демонстративно оглядел собеседника. – Или речь идёт…

— Меня зовут так потому, что я делаю короткими жизни моих врагов! – с вызовом перебил Лоймар.

— Сильное прозвище, – одобрил Харальд. – А теперь скажи: почему ты и твои люди стоят тут и мешают нам войти в это селение?

— Потому что вы туда не войдёте!

Нурманы недовольно заворчали, но их вождь остался спокоен. По крайней мере с виду.

— Ты хочешь помешать нам взять с этих бондов^[2] дань для Вардига-конунга? – уточнил Харальд.

— Эти бонды – не данники Плескова, – возра зил светлобородый.

— А чьи тогда? – с удивительной кротостью поинтересовался Харальд. – Может, твои?

— Они свободные люди! И данью кланяются тому, кому хотят.

«Почему он такой храбрый? – подумал Радим. – За его спиной примерно столько же людей, сколько и нас. Но мы же нурманы! Нас все боятся. А он – почему-то нет».

— Платят дань кому хотят? – мягко поинтересовался хёвдинг. – Уж не тебе ли?

— Нет, не мне, – отрезал латгал.

«А кому?» – подумал Харальд, вслух же спросил:

— Если они не твои данники, то почему ты здесь?

— Мой князь попросил меня остановить вас. И я остановил.

— Ещё нет, – сквозь зубы процедил Гуннар Волчья Шкура.

Однако Харальд словно его не услышал. Он демонстративно огляделся, а потом удивлённо произнёс:

— Я не вижу здесь никого, кто мог бы меня остановить… Но если ты говоришь, что жители этого селения не данники Вардига, то спорить с тобой я не буду. Пусть наши конунги^[3] сами решают, чей это народ…

Харальд повернулся к своим и махнул рукой:

— Разворачивайте сани. Мы уходим.

— Уходим?! – разом взревело с десяток глоток.

— Делать, как я сказал! – рявкнул Харальд, и недовольные мигом заткнулись.

И не только потому, что так сказал их вождь. Пальцами левой руки хёвдинг подал условный знак: «Обходим и атакуем».

Как можно обойти противника, находясь прямо напротив него между довольно высокими, заснеженными и очень неудобными для подъёма берегами, Радим не понял. Но для остальных этого было достаточно.

Санный поезд неторопливо развернулся и двинулся обратно по собственному следу.

— Ты слышал, брат, его оговорку? – негромко произнёс Харальд, обращаясь к Гуннару.

— Слышал. Наглый латгал не захотел назвать имя князя, которому служит.

— Я не о том! Имя князя мы скоро узнаем. А вот то, что князь не приказал ему, а попросил…

Перед излучиной Радим оглянулся и увидел, что Лоймар и его люди продолжают стоять поперёк зимника. Они не могли видеть знака, который показал Харальд, но всё равно не доверяли нурманам.

А чуть позже Радим углядел чужого лыжника на левом берегу. Лыжник двигался сторожко, но один раз спугнул тетерева, а второй раз показался сам. На мгновение, но опытному глазу хватило.

Интересно, заметили ли наблюдателя остальные?