Книга Медь и мёд, страница 68 – Яна Лехчина

— Я ничего не знаю про чудовище и не понимаю, что мне делать. Да, госпожа Кажимера предположила, какого толка эта тварь, и будто задала мне правила игры. Не останавливаться на одном месте, прятаться по ночам… – Ольжана ущипнула себя за руку. – Госпожа Кажимера – умнейшая колдунья, она много знает про чары и рукотворных чудовищ. Но… Самое важное не знает никто, понимаете? Что делать с чудищем и как обезопасить тех, кто встречается ему на пути.

Она прикусила губу.

— Да и вообще вся это беготня… Сомнительное дело. Может, мне стоило сесть на корабль и уплыть за море. Вдруг чудовище бросилось бы следом? Утонуло бы, и всё. – Ольжана скривилась. – Но я поступаю так, как сказала госпожа Кажимера.

Лале спокойно её слушал, раскладывая книги на столе.

— Я понимаю, у неё нет причины действительно заботиться обо мне, но как же жители Вольных господарств? Её больше занимает, кто начал эту историю, а не то, как её закончить. Её не беспокоит чудовище, если оно не под Стоегостом. Пускай себе бегает, а когда будет нужно, я приведу его к Драга Ложе – разбираться, чьи же чары его сотворили.

Ольжана поправила платок, прикрыла им грудь. Продолжила, захлёбываясь словами:

— Но колдуны Драга Ложи согласятся собраться лет через сто… А ещё, знаете, ведь у госпожи Кажимеры есть чудесные кони. Их тяжело заклясть, но если совладать с ними, за один шаг они пройдут десятки вёрст.

— Моя лошадка так не умеет, – заметил Лале.

— …Но мне не дали этих коней. Ещё бы: я не настолько сильна, чтобы с ними справиться, и не так важна, чтобы меня сопровождала опытная ученица госпожи Кажимеры. Поэтому, Лале, всё выглядит так, будто мы с вами на отшибе этой жизни. И наша задача – тянуть время и гонять чудище туда-сюда, пока чародеи Драга Ложи не соизволят придумать, что с ним делать.

— Да. – Лале пожал плечами. – Всё так и есть.

Ольжана скрестила руки на груди.

— Вас это не злит?

— О нет. – Он слегка улыбнулся. – Я давно к этому привык. Наши маленькие жизни не занимают больших людей, и уж поверьте, везде всё одинаково. И в Стоегосте, и в лагерях под Кел-Гразифом.

— Это несправедливо, – сказала Ольжана обиженно. – Ваши Длани создали людей равными.

Улыбка Лале стала снисходительнее и мягче.

— Мир, созданный Дланями, – безупречный механизм, который сломался, не успев начать работу.

Ольжана нахмурилась, отвлечённо на него посмотрела. Нос Лале опух и теперь казался чуть скошенным, на горбинке синел кровоподтёк. Ольжана вздохнула:

— Наверное, вам всё же его сломали.

Лале приподнял брови.

— Простите?

— Нос, – объяснила Ольжана. – Сломали, наверное. Очень жалко.

— Да как-то не очень… – пробормотал Лале. – Если поедем через Тачерату, попрошу пана Авро его подправить.

Ольжана оживилась.

— Мы поедем через Тачерату?

— Ну а почему бы и нет, всё равно едем на запад. Вы учитесь у чародейки Драга Ложи и можете попросить приют во Дворе Лиц.

— Ух ты. – Ольжана взволнованно пригладила волосы. – Это… здорово. Я даже не надеялась там побывать.

Лале принялся сворачивать карту в трубочку. Усмехнулся.

— Вы так быстро меняете темы для разговора.

— Боюсь увязнуть в дурных мыслях. Ну и трещотка я, что поделать. – Она стрельнула взглядом в бумаги и книги. Увидела на одной странице жабообразное чудовище, похолодела. – Это что такое?