Книга Медь и мёд, страница 157 – Яна Лехчина

Ольжана незаметно стиснула пальцы под столом.

— Мне кажется, – произнесла она учтиво, – чародеям Драга Ложи стоит поторопиться. Я стояла в бане, а чудище за дверью рвало случайного встречного. Сколько уже таких смертей на совести чудовища и того, кто его создал?

И скольких можно было бы избежать, подумала Ольжана, негодуя, если бы чародеи Драга Ложи сразу собрались и изловили Сущность. Но пан Авро не может оставить город, а господин Грацек, видимо, пока не в силах преодолеть старые обиды и первым откликнуться на зов. Да и звала ли их уже госпожа Кажимера – или только готовится?..

Мореника подняла глаза.

— Такие дела быстро не делаются. – Она развела руками.

— А жаль, – процедила Ольжана.

Лучше бы Моренике было рассказывать про свой сказочный двор. Так она случайно задела Ольжану за живое, и Ольжана поразилась, сколько в ней, оказывается, накопилось раздражения и злости. А это точно не то, что следует показывать пану Авро.

Среди колдовских кож, над которыми корпела Мореника, лежала маска чёрной пантеры. Ольжана зацепилась за неё взглядом, нахмурилась.

— Можно посмотреть?

Мореника оторвалась от прорисовывания морщинок и задумчиво прикусила кончик кисти.

— Бери, если хочешь, – разрешила она. – Только осторожно.

Маска пантеры была мягкой, на ощупь – как застывший студень, разве что не пачкалась. Шерстинки хоть и выглядели как звериные – даже бликовали так же, больше напоминали ниточки из густого киселя, не оставлявшего следы на пальцах. Ольжана оттянула бархатное веко и увидела жёлтый глаз с узким чёрным зрачком.

— И часто вы создаёте облики животных? – Ольжана отпустила веко. Нехорошее ощущение внутри неё оформилось, потяжелело.

Мореника встретилась с ней взглядами. Помедлила.

— Ни один колдун Двора Лиц, – сказала она негромко, – не приложил руку к созданию чудовища из Стоегоста. Госпожа Кажимера присылала пану Авро послание. Она говорила, что создатель чудовища…

— Или создательница.

— Или создательница, – кивнула Мореника. – Кто бы там ни был, он или она чарами сшили человека с волчьими шкурами. Мы не используем части животных для своего колдовства. Шерсть, кожа, человеческие волосы, зубы, ногти, что угодно, звериное или людское – нет, никогда.

Ольжана осторожно положила маску пантеры на место.

— Я никого не подозреваю, – солгала она.

— Я понимаю. – Мореника слегка улыбнулась. – Но хочу, чтобы ты просто это знала.

Ольжана задумчиво нахмурилась.

Не затем ли затевался весь разговор? И весь показ Мастерской был для этого же – убедить Ольжану, что Двор Лиц ни при чём. Вдруг Моренике казалось это важным и она думала, что Ольжана близка к госпоже Кажимере? А кто знает, какие мысли у госпожи Кажимеры – считалось, что она дружна с паном Авро, но дружба дружбой, а дела принимали странный оборот.

Мореника закончила выводить морщинки на лбу старухи. Отложила маску и потянулась.

— Думаю, время обеда. – Она поднялась. – И отдыха для гостий, которые убегают от чудовищ.

* * *

Когда Ольжана проснулась, уже стемнело.

Она не собиралась спать так долго, но её разморило после еды. Было удивительно, что они с Лале почти целый день провели не в дороге – хотели дождаться пана Авро. Наверное, подсчитала Ольжана, из-за этого им теперь придётся уехать затемно.

Ольжана села на кровати, поправила нижнюю рубашку. Ей выделили отдельную комнату с лепниной и огромной кроватью под балдахином – перина была пышной и мягкой, как облако. Тёплые охряные стены были расписаны золотыми цветочными узорами. Ольжана выбралась из кровати, умыла лицо и шею из ковша – вода стекла в тонкостенную голубоватую фиалу – и переплела волосы в одну косу: на большее решила не тратить времени. Шагнула к окну и выглянула через занавески. Внизу мерно жужжали вечерние улицы: ехали телеги, ходили люди, артисты жонглировали огнём. Из её комнаты тоже был виден соборный купол – сейчас он казался бордовым.