Книга Немезида ночного ангела, страница 55 – Брент Уикс

— Ночью мне приснился очень тревожный сон, – говорю я, обращаясь к ка'кари.

Он ничего не отвечает. Я вздыхаю, сообразив, что не касаюсь его. Дотронувшись кончиком пальца, я повторяю сказанное.

~– Я слышал. Рад за тебя.~

— Выходит, ты слышишь меня, когда я поблизости, но я не смогу услышать твой ответ, пока не возьму тебя в руки.

Я убираю палец, несколько секунд жду, затем снова дотрагиваюсь.

— Ага, и мои мысли ты тоже не можешь услышать, когда мы не соприкасаемся.

~– Дай угадаю: ты только что громко подумал что-то обидное, рассчитывая, что я тебе отвечу. Сгораю от любопытства, что же я пропустил.~

— Не нужно ехидничать, – отвечаю я. – Давай поговорим.

~– Это хоть раз заканчивалось чем-то хорошим?~

— Кто тебя создал? Что ты можешь? Почему иногда ты мне помогаешь, а иногда нет? Что мне сделать, чтобы ты помогал мне чаще? Почему ты выбрал меня?

Я несколько часов задаю эти и другие вопросы, придумываю самые разные формулировки. Без толку.

В ответ я слышу лишь тишину, пока наконец ка'кари не произносит:

~– Ну все, хватит.~

Иногда ка'кари похож на обидчивого мальчишку, склонного дуться и подолгу играть в молчанку.

«Ты записал?» – спрашиваю я.

~– «…Склонного дуться и подолгу играть в молчанку». И вновь вы разите меня вашим остроумием, милорд, изящным, как двуручный меч. Вы ведете разговор столь хитроумно, что я вот-вот сболтну чего-нибудь лишнего.~

Я вздыхаю. Впрочем, и так было ясно, что это не сработает.

«Прости».

~– Пытаешься теперь подкупить меня добротой?~

Каким бы ни было мое предназначение, ка'кари не желает помочь мне его найти. Я гадаю, было ли так задумано его создателем, или же на нем остался отпечаток характера Дарзо, который так долго его носил. Впрочем, я, по глупости или нет, отказался идти по пути Дарзо. Так, может, я бы не принял и наставления ка'кари, согласись он их давать?

Возможно, я и сам бы не стал помогать такому, как я. Возможно, меня нельзя научить словами, только горьким опытом. Возможно, ка'кари это знает. Или, возможно, я приписываю ему слишком много воли и разума, хотя он, в конце концов, всего лишь артефакт, образчик магии, пусть даже древний и впечатляющий. Его создатель явно подчинил свое творение определенным правилам. Похоже, я должен совершать какие-то действия – причем безо всякой подсказки, – и лишь тогда ка'кари будет мне отвечать. После того как между нами возникла связь, он много месяцев вообще не говорил со мной, а когда заговорил, то произнес только одно слово, пытаясь спасти мою жизнь.

В ка'кари можно увидеть что-то похожее на личность, но настоящей личности, насколько я понимаю, у него все же нет. Думаю, Создатель такой диковины мог наложить на него запрет, чтобы он несколько месяцев не разговаривал с новым хозяином. Создатель мог беспокоиться, что кто-нибудь недостойный завладеет ка'кари и сразу же получит доступ ко всем его способностям и знаниям.

Это лучше укладывается в мою голову и в мой опыт общения с ка'кари, чем предположение о том, что он все-таки обладает личностью. Даже Дарзо не смог бы сутками, день за днем, месяц за месяцем молча наблюдать за тем, как я спотыкаюсь и ошибаюсь, и не сказать в конце концов ни единого слова. Особенно после того, как он много лет – десять, кажется? – провел в одиночестве, утратив связь с Дарзо.