Книга Немезида ночного ангела, страница 109 – Брент Уикс

— Э-э-э, нет. Я хотел сказать… Хотел извиниться, если разбередил раны.

Она пожимает плечами.

— Так ты содержишь всю семью? Одна?

Я замолкаю.

Снова заговорил про ее работу.

Молодец, Кайлар.

Фаэна печально улыбается.

— Никто другой не стал бы платить мне столько, сколько платит ее милость. Но из-за этого мне трудно отказать, когда она о чем-либо просит. Даже если нужно сделать что-то такое.

Мне сразу же хочется в шутку ответить: «Что-то ужасное, например, поработать со мной?» – и притвориться, будто я оскорблен.

Другими словами, позаигрывать с ней.

— Ха, – говорю я вместо этого. – Мне она вообще ничего не платит, и я все равно не могу ей отказать. – Хороший ответ. Мы вдруг стали обычными людьми, которые жалуются друг другу на свою нанимательницу. – Кстати о нанимателях, – продолжаю я, – подай-ка мне досье на второго мага. Я кое-что придумал.

Я вишу на кончиках пальцев и, кажется, наконец понимаю, почему собаки меня ненавидят. Представьте, что вы просыпаетесь в своей спальне и видите перед собой пса. Все двери дома закрыты, заперты на замки. Дверь в спальню тоже закрыта. Заперта. Окон нет. Как сюда попал пес? Он страшно большой. Он подходит к вам, и вы, дрожа всем телом, протягиваете руку, чтобы погладить его по голове. Но рука проходит пса насквозь.

Что вы почувствуете?

Наверное, решите, что это сон или видение? Но нет – пес игриво кусает вас, и вы чувствуете зубы.

Ну что, вам стало страшно?

Вот и собаки меня боятся. Если я облачен в ка'кари или если снял его недавно, от меня ничем не пахнет. Вообще. Даже изо рта запаха нет. Для собак, которые в каждой какашке на улице видят настоящую радугу ароматов – разнообразную, глубокую и со своей историей, – мое появление равносильно встрече с наполовину бестелесным созданием.

Иначе говоря – я люблю собак, и мне проще ускользнуть от них, чем обычному вору-домушнику, но когда они все-таки замечают меня, то ведут себя так, словно увидели кошку.

А если вспомнить, что я появляюсь вооруженный, да еще и там, где меня быть не должно? Представьте, что пес, которого вы, проснувшись, увидели в своей спальне – это боевой мастиф, огромный, рычащий, в шипастом доспехе.

Я не просто так заговорил о мастифах – дело в том, что именно такая собака сейчас стоит на стене прямо надо мной. В ее челюстях запросто поместится вся моя голова, и она обнюхивает стену совсем рядом с кончиками моих пальцев.

Осторожно, очень осторожно я переношу вес на левую руку и отпускаю правой край дома.

Один мах влево, и я почти беззвучно торможу о стену подошвами, сделанными из смолы каучукового дерева.

Уши чудовища взлетают на макушку.

— Юби? – зовет ее кто-то. – Что ты там нашла, милая? – Через мгновение из-за края крыши высовывается человек, мускулистый, как конь-тяжеловоз. Меня он не видит. Да уж, с таким лицом его полюбит только собака.

Хотя, что я в этом понимаю. Может, от него хорошо пахнет.

Убедившись, что внизу ничего нет, человек говорит:

— Опять кошки? Любят они тебя дразнить, да, милая?

Он начинает сюсюкать с мастифом, и Юби – а ее зовут Юбочка; да, серьезно, – успокаивается и лижет ему лицо. Он не уворачивается, даже когда гигантский язык собаки проходит по его раскрытому рту. Смеется.

На работе я повидал немало мерзостей, но отвращения к ним испытывать не перестал. Я же видел, где был этот язык всего две минуты назад.