Книга Перевоз Дуня держала… Это он – мой мужчина!, страница 40 – Ирма Гринёва

Завязалась переписка. Из неё Варя и узнала о Танином наречённом Саше Голицыне, и о его друзьях – Павле Гурдове, Мише Саввушкине и Борисе Оболенском. Имя последнего чаще всего мелькало в письмах Тани, о женихе упоминала вскользь, даже об остальных писала больше. Варя это заметила и осторожно выспросила кузину. Из её ответов поняла, что отношение Тани к жениху было ровным, дружеским, ни о каком горении чувств речи не шло. Он был как данность, с которой смирились.

А перед романтическим взором Вари возник образ, причудливо сотканный из Чайльд-Гарольда²⁵ – персонажа таинственного, пресыщенного жизнью, немного циничного, но при этом умного, образованного и не лишённого внешней привлекательности, и Андрея Болконского²⁶ – гордого, сдержанного, с сильной волей, большого интеллектуального и духовного содержания человека, стоически переносящего муки из-за несчастной любви. Как было такого не пожалеть? Как такого не полюбить?

Но рассказывать об этом сейчас Саше никак нельзя. Не выставлять же себя глупой маленькой девочкой, и выдавать Таню, не любящую жениха? Да и полноте! Так ли это было на самом деле, а не только в её воображении? Таня так плакала, так плакала, когда провожала Сашу на фронт в четырнадцатом. Может, только тогда осознала, как его любит?

И Варя ответила полуправдой:

— Разве много нужно? Достаточно и одного взгляда…

— На катке? – удивился Саша, – Выходит, это судьба нас с тобой столкнула?

— Не совсем так, – отрицательно качнула головой Варя, – я впервые увидела тебя за год до этого…

— Где?

— Это долгая история.

— Расскажи, я хочу знать нашу историю.

У Вари ёкнуло сердце и пропустило удар, когда она услышала от Саши «нашу историю». Что она теряет, если честно расскажет всё? Всяко меньше, чем то, что может потерять, если не расскажет. Варя сделала глубокий вздох и начала:

— Наш первый бал с сестрой состоялся в тринадцатом году. Мне было пятнадцать, Маше – семнадцать. Родители специально привезли нас в Петербург вместе, чтобы обошлось дешевле, тебе ведь Таня говорила, наверное, что наша семья не очень богата. Жили у Вяземских, они нам дальние родственники по линии Таниной матушки. Вот там, на балу я тебя и разглядела.

— На балу?! Где сотни человек?! Это ещё более странно, чем знакомство на катке.

— Танюша очень хорошо мне описала своего жениха и его друзей, так что мне не трудно было отыскать вас в толпе.

— А-а, вот в чём дело! – беспечно рассмеялся Саша, – Невесте захотелось узнать, как её жених ведёт себя, когда её нет рядом! А ты была её глазами! – и поцеловал Варины волосы.

…Это было не совсем так, вернее, совсем не так. После бала Танечка больше интересовалась Борисом Оболенским, чем женихом. А ещё – кто в чём был одет, какую музыку играли, о чём сплетничали светские дамы. В этом Варя оказалась мало чем ей полезной, поскольку тихонько стояла в сторонке по просьбе маменьки, желающей больше выставить вперёд старшую дочь Машеньку – очень застенчивую из-за своего недуга, вечно бледную, с опущенными долу глазами. Маменька очень беспокоилась за её судьбу. Младшая, Варенька, хоть и была такая же бесприданница, как и старшая, но в силу своего бойкого характера, не пропадёт, в этом супруги меж собою были согласны.

Варенька же воспользовалась временем на балу для наблюдений. И сделала для себя несколько практических выводов. Первый – скромное белое платье ей не к лицу. Слишком много на балу было девушек в белых нарядах, что делало их всех похожими друг на друга. Второй – скромность это хорошо, конечно, но кто же тебя заметит, если ты будешь пытаться слиться со стенами? У них с Машей так и получилось – они весь бал простояли столбом и вынуждены были уехать до мазурки, чтобы не позориться, поскольку кавалеров, чтобы отвести их к ужину так и не нашлось. Третий – она не знает фигур и половины танцев, которые были на балу. А удовольствие можно получить, только когда ты свободно подчиняешься музыке и рукам кавалера, а не судорожно пытаешь вспомнить, куда поставить ногу или наклониться. В-четвёртых, в столице без протекции – никуда. Надо, чтобы кто-нибудь их кому-нибудь порекомендовал, а там, уж, от тебя зависит, как ты себя преподнесёшь, зацепишь внимание – красотой ли, весёлостью нрава, весомостью приданого. Последнего аргумента у Вари с Машей не было. Красоту Маши, больше внутреннюю, чем внешнею, и её лёгкий, покладистый нрав надо было постараться заметить, приблизиться к ней настолько, чтобы она начала доверять. А вот у Вари проблем с открытостью и красотой не было. Так что она решила, что в следующем году она наверстает упущенное в этом. Тем более что у неё появился весомый стимул стараться, потому что главным выводом было то, что она нашла мужчину своей мечты – Сашу Голицына. Мук совести, что вклинивается в отношения кузины и её жениха не испытывала. Сердце Тани любовью затронуто не было. Саша столь открыто флиртовал на балу, что, по мнению Вари, никак не соответствовало поведению влюблённого молодого человека. А следующий год покажет. Конечно же, если она почувствует между ними нити любовного натяжения, она отступит. В этом Варя дала себе твёрдое слово…