Книга В тени королевы, страница 108 – Элизабет Фримантл

— Теперь и младшая сестренка принялась меня воспитывать! – говорю я, глядя, как белые бумажные лепестки опускаются в воду, кружатся там и исчезают.

— Что она пишет?

— Предостерегает от брака с испанцем. Все вокруг только и рвутся меня предостеречь!

Интересно, думаю я, откуда у малышки Мэри такие познания о международной политике?

— Она права, и ты это знаешь.

— Что, и ты тоже?! Ради бога, Джуно, не начинай. Я не дура, чтобы совсем не понимать своей ценности.

— Я знаю, что ты вовсе не дура! – Смеясь, она раскидывается на траве и протягивает ко мне руки, словно приглашая прилечь рядом. – Китти, я так рада, что мы снова вместе!

Я сбрасываю туфли и чулки, ступаю босыми ногами на теплый камень. Снимаю верхнее платье и чепец, распускаю волосы по плечам.

— Хотела бы я быть обычной девушкой, свободной выйти замуж, за кого пожелает. – Подхожу к краю берега, смотрю на зеленоватую воду внизу. Должно быть, холодная!

— Сегодня приезжает мой брат, – замечает Джуно.

— Твой брат? – повторяю я, очень стараясь говорить спокойно и ровно. – Твой брат дурно со мной обошелся.

— Он хочет тебя увидеть. Говорит, что тоскует по тебе.

— Перед моим отъездом он совершенно точно не походил на… – Тут я останавливаюсь и, секунду подумав, заключаю: – …На человека, у которого есть чувства.

— Он боялся, что ты выйдешь замуж за испанца.

— Опять эта «блестящая партия»! Похоже, все вокруг только этого и боятся. И все лучше меня знают, что мне делать. Как я устала от постоянной опеки!

— Китти, не злись! Ведь у тебя есть я. – Она встает и подходит ко мне.

— Докажи свою любовь – прыгни со мной в воду, – говорю я.

— Не надо, Китти! Мы же не знаем, что там, на дне. И вода может быть грязная. А что, если там острые камни? – Она берет меня за руку и тянет назад, подальше от края.

— Боишься?

— Просто я не дура.

Стряхиваю ее руку и прыгаю вниз. Поток воздуха несется мне в лицо, и я визжу от восторга – а в следующий миг погружаюсь в холодную воду. В первый миг перехватывает дыхание, и я ухожу под воду с головой, но тут же выныриваю, хохоча до изнеможения.

Краем глаза я посматриваю на Хертфорда. Он сидит рядом с Джуно, ближе к голове стола. Я, как обычно, в самом конце, за солонкой – к тому, что Елизавета вечно задвигает меня в дальний угол, я уже привыкла. Он подстриг волосы, и на нем дублет с прорезями и атласной подкладкой, которого я прежде не видела. Вкусные яства до этого конца стола почти не доходят, к тому же прямо над ухом играет музыка – такой грохот запросто отобьет аппетит; но в любом случае я не смогла бы проглотить ни кусочка. Все из-за Хертфорда и новой прически, что так ему идет, и из-за того, что по другую сторону от него сидит хорошенькая Мэри Говард, и они увлеченно о чем-то беседуют.

Войдя в зал, он прошел мимо меня с легким поклоном. В ответ я тоже сделала легкий реверанс – хоть сердце и колотилось так, что, казалось, и дамы, читающие в другом конце зала, его услышат. Несколько раз он пытался поймать мой взгляд; внутри у меня все дрожало и таяло, однако я упорно избегала встречаться с ним глазами.

— Леди Кэтрин, что скажете о новом французском короле? Говорят, ему всего пятнадцать лет. – Сосед пытается завести со мной беседу, но я почти не слушаю.

— У меня на этот счет нет особого мнения, – отвечаю я.