Книга Соперница королевы, страница 177 – Элизабет Фримантл

Возвращается Фрэнсис с пригоршней писем, швыряет их в огонь.

— Одному Господу известно, что там, – произносит она, поджав губы. – Насколько я могу судить, большая часть от любовниц.

— Лучше избавиться от всех, – говорит Пенелопа.

Флот из Уайтхолла выстроился в линию рядом с речными порогами. Значит, дом полностью окружен. К своему облегчению, Пенелопа замечает у берега несколько суденышек, просит Фрэнсис продолжить с книгами и выходит из кабинета. Эссекс в главном зале в сопровождении взбудораженного Саутгемптона и немногочисленных соратников. У входа слышен голос Меррика.

— Слава богу! – Пенелопа бросается к брату. Тот весь покрыт грязью и потом, однако на удивление спокоен. – Что с остальными?

— Половина сбежала при первых признаках угрозы, – отвечает Саутгемптон. – Ваш отчим тяжело ранен. Некоторые остались помочь ему.

— Он выживет? – С замиранием сердца Пенелопа думает о матери; возможно, ей предстоит в третий раз овдоветь.

— Трудно сказать, – говорит Эссекс. – Мы не могли забрать с собой всех. – Его глаза загораются гневом, и он добавляет: – Остальные ищут Смита и обещанную тысячу бойцов. Нам не удалось их найти, но, как только отряд будет собран, им дан приказ спешно направляться сюда.

— Тогда здесь начнется настоящее сражение, – вставляет Саутгемптон. В зале раздается согласный ропот. Пенелопа думает о людях, которые выходили на улицы поддержать Эссекса, размахивали его флагами, мальчишки забирались на парапеты, чтобы получше разглядеть своего героя. Где они? Эссекс провел в городе несколько часов и вернулся с меньшим количеством людей, чем у него было. Возможно, его ввели в заблуждение.

— Как наши гости? – спрашивает Эссекс.

Время будто замирает. Пенелопе становится ясно: он считает, что делегация до сих пор заперта в кабинете, поэтому так самоуверен.

Она берет себя в руки:

— Они ушли.

Эссекс непонимающе смотрит на нее:

— Как ушли?

— Явился Горджес, сказал, что ты поручил ему отвести их на заседание Тайного совета и вести за тебя переговоры.

Эссекс издает душераздирающий вопль. Саутгемптон с проклятием впечатывает кулак в стену.

— Не было такого приказа.

В зале повисает тишина. Все понимают: Горджес их предал, не только отпустив заложников, но и обманув с тысячей бойцов. Если бы не этот соблазн, Эссекс отправился бы ко двору, а не в Лондон, и все было бы совсем иначе.

— Теперь уже ничего не исправишь. – Пенелопа берет инициативу на себя. – Надо сжечь все твои бумаги. Дай мне шотландские письма. – Эссекс стоит словно в трансе, невидящими глазами глядя перед собой. – Ради бога, Робин!

Не раздумывая, она отвешивает ему пощечину. Кто-то из присутствующих ахает. Эссекс ошеломленно смотрит на нее.

— Письма из Шотландии, – Пенелопа протягивает руку. Он послушно стаскивает шнурок через голову, безмолвно отдает кошель. – А теперь соберись. Твои люди ждут приказаний. – Все в зале молча наблюдают за ними. – Что уставились? – Она срывается на крик. – Поставьте охрану у выходов. Мы должны приготовиться к осаде, по крайней мере, до тех пор, пока все бумаги не будут уничтожены. – Черный кошель летит в огонь; пятнадцать лет тайных переговоров гибнут в пламени. Однако между домом Деверо и королем Яковом уже создан крепкий союз, не требующий письменных подтверждений. Зал наполняется едким запахом горелой кожи.