Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 254 – Вера Анмут

Неторопливо с видом хозяина Густав прошёлся по комнате и остановился напротив женщин. Ему нравился их напуганный оцепеневший вид. И хотя Гретта пытается гордо держать голову, в душе она, несомненно, боится его. И это приятно.

— Я заглянул напомнить вам, что у нас сегодня свадьба, – сказал Густав. – Подготовьтесь к ней.

— И на какое время она намечена? – бесцветно поинтересовалась Гретта.

— Думаю, на время вечерней зари. Мне кажется, это самый красивый период дня. Оранжевое небо, тёмные силуэты гор…

— В вашем доме двойное горе, а вы устраиваете праздник, – решилась высказать упрёк Лизхен, прервав романтические краски. – Это грех великий, и Бог накажет вас!

Густав кинул на молодую женщину презрительный взгляд.

— Наверное, я зря тебя здесь оставил.

— Лизхен, не надо, – мягко остановила Гретта служанку и поторопилась сменить тему, пока у Густава не ухудшилось настроение. – Что станется с моим отцом после нашей свадьбы? – спросила она.

— Как я и обещал, он будет освобождён, – с холодом величественного презрения ответил молодой ландграф. – Я дал слово, а слово Регентропфа – закон. Завтра утром барон Хафф сможет отправиться домой.

— А как я узнаю, что он добрался до дома живым и невредимым?

— Вы не верите мне? Жаль. И тем не менее, я с вами веду честную игру, Гретта. Мне нет резона обманывать вас сейчас, ибо в дальнейшем всё-таки хочу заслужить ваше доверие.

— Но сегодня в душе моей этого доверия ещё нет, – настаивала Гретта.

— Я позволю вам вести переписку с отцом. И если хотите, ещё с кем-нибудь из вашего дома.

Гретта по-прежнему не верила в наигранную доброту своего жениха, и всё же где-то в глубине её души затеплилась надежда, что Густав сдержит слово, поступит честно, хотя бы ради того, чтобы добиться её уважения, уважения женщины, которую, как утверждал, он любит. Напряжение немного сползло с плеч её, страх чуть-чуть отступил от сердца, девушка даже позволила себе отвести глаза, оставив на несколько мгновений врага вне поля зрения.

— А что уготовано графу Кроненбергу и его сыну? – со вздрогнувшей неуверенностью вновь поинтересовалась Гретта.

— Вашу нежную душу это не должно тревожить, – мило улыбнулся Густав.

— И всё же?

— А вы упрямы, Гретта. Что ж, отвечу, коль так желаете. С завтрашнего дня им будет учинён допрос с пристрастием…

— Но они же ни в чём не виновны! – неожиданно даже для самой себя воскликнула Гретта.

Густав удивлённо приподнял бровь.

— Значит, они станут виновны, – просто отозвался он. – Они должны быть виновны.

Гретта хотела возражать, защищать, бунтовать, но вовремя остановила порыв, понимая, насколько это бесполезно. Слушать её Густав не станет и решения своего не изменит. Ему надо уничтожить Кроненбергов, и он это сделает. Осознавая свое бессилие, Гретта опустила олову.

— Можно попросить вас об одном маленьком одолжении? – спросила она, остудив вспыхнувшие эмоции.

— Пожалуйста, – снисходительно позволил Густав.

— В честь нашей свадьбы и в память о вашем скончавшемся отце, отложите пытки и допросы хотя бы на месяц.

Подобная просьба подивила молодого ландграфа значительно больше, чем недавний возглас возмущения. Он приблизился к девушке – зачем ей всё это? Но Гретта не поднимала головы и прятала глаза, а вместе с ними и смысл прошения.