Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 235 – Вера Анмут

Солдаты немедленно кинулись выполнять приказание нового хозяина. Они схватили пытающихся сопротивляться мужчин, заломили им руки и отобрали оружие.

— И по какому праву? – воскликнул граф Кроненберг.

— По праву хозяина Регенплатца! – гордо ответил Густав. – По праву правителя этой земли и вершителя здесь правосудия!

— Правосудия? – усмехнулся Кларк. – Уж не собираешься ли ты нас судить?

— Да, я стану судьёй вашего преступления. Тяжёлого преступления!

— Интересно, какого?

— Вы убили моего брата и довели моего отца до сердечного приступа! Ну, может быть, один из вас… но второй явно был заодно.

Отец и сын переглянулись. Они не удивлялись, они предполагали, что Густав захочет от них избавиться. Вот только недооценили скорость его действий.

— Хочешь казнить нас за своё же преступление? – процедил Клос. – Но ты забыл, что на суде будет присутствовать король, и ему потребуются весомые доказательства…

— Доказательства вы сами мне выложите под пытками, – нервно прервал Густав. – И прекратите мне тыкать. Вы мне не ровня, рыцарь Кроненберг! Да, я вас казню, обоих. Если, конечно, вы выживите после пыток. Замок Кроненберг снова отойдёт к Регенплатцу. Ну, а ваша семья, рыцарь…

— Будь ты проклят, гнусный мерзавец! – гневно выкрикнул Клос Кроненберг, пытаясь вырваться из крепких рук стражников.

— Что ж вы так сразу испугались? Я человек добрый. – Густав цинично улыбнулся. – Я не позволю вашей семье умереть в нищете и голоде. Возьму их в свой замок, пристрою где-нибудь на скотном дворе. Будет им и кров и еда.

— Подлец. Ничтожество. Трус! – с презрением прошипел Кларк и послал смачный плевок прямо в лицо недругу.

Густав не был готов к такой обиде. Опешил на миг, но лишь на миг. Молча он прошёл к сундуку, на котором лежал плащ, и утёр лицо изнаночной стороной этой одежды. Ничего, обидчик заплатит за свой проступок, горько заплатит. Густав вернулся к пленным.

— Это ты зря сделал, – тихо предупредил он Кларка.

Но тот смотрел на врага смело, с вызовом, и этот взгляд Густава раздражал, нервировал, злил. Не будет пощады этим наглым выскочкам! Ненависть вспыхнула в груди ярким пламенем и с рычанием выпустила жар из горла. Густав размахнулся и со всей силы ударил кулаком по нахальному лицу обидчика. В голове Кларка зашумело, в глазах потемнело, но сознание не ушло.

— Слабак, – усмехнувшись, прошептал он.

— К тебе, скотина, я лично применю особо изощрённые пытки, – зло пообещал Густав и, обратившись к солдатам, распорядился. – Увести их! И посадить в разные камеры, чтоб они не могли общаться.

Итак, с одними разобрался. Густав ещё раз оглядел комнату, как поле сражения, на котором он только что одержал победу. Кроненберги наверняка знали или хотя бы догадывались, кто на самом деле убил Берхарда, но они об этом должны молчать. Он заставит их молчать. Кто может знать ещё?

Густав вышел в освещённый горящими факелами коридор, огляделся, повернул направо. Барон Хафф вряд ли понимал истинное положение дел в замке, а вот с Греттой Берхард был откровенен. А значит, она тоже могла подозревать Густава. И своими подозрениями поделиться с отцом. Проходя мимо караула, Густав приказал четырём солдатам следовать за ним. Убивать Гретту не хотелось бы, а вот запугать можно попробовать.

Густав остановился у двери и постучал. Девушки в комнате встрепенулись. Они уже собрали лёгкие дорожные узлы, оделись для трудного путешествия под проливным дождём и холодным ветром и теперь только ожидали прихода Кларка Кроненберга.