Книга Где-то на даче, страница 13 – Вера Чистякова

— Вообще она меня сама бросила, мы с ней слишком разные, и надо заметить: я не возражал. У меня много таких было, но все-не то, а с тобой я хотел на совсем, чтоб серьезно, — он осекся, наблюдая за Машей.

Она молчала, ключицы, белеющие в сгущающихся сумерках, ходили резко вверх-вниз. Маша тяжело дышала, от долгого дня начало стучать в спине, руки и ноги отяжелели, кожа покрылась мурашками. Туман оседал на плечах, волосах, лице, холодными капельками скатывался в вырез сарафана, кончиками пальцев ног Маша чувствовала лежащую на траве росу.

— Тебе холодно? — спросил Паша, голос звучал глухо.

Маша кивнула, ей стало отчетливо понятно, что этот разговор не имеет смысла, он может быть сколь угодно долгим, но не приведёт ни к чему. Как он соединяет в одном предложении формулировки много и на совсем. Какой странный и нелогичный, как давно все это было. Ничего уже не исправишь и ничего не вернёшь.

Паша снял джинсовую куртку и накинул ее Маше на плечи.

— Хочешь, пойдём к костру? — он махнул рукой в том направлении, где слышался весёлый смех и куда с азартом летели мотыльки.

Маша отрицательно покачала головой.

— Я лучше пойду домой, завтра у моих крестников день рождения.

Ноги дрожали, она побрела прочь от костра, от него. Ей страшно хотелось услышать красивые слова или понять, что все это время они любили друг друга. Но он сказал совсем не то, что ей хотелось услышать. В три шага он догнал ее и схватил за руку. Притянул ее к себе. Поцелуи были такими же яркими, обжигающими, как и тогда. Именно из-за них Маша могла совершить любую подлость, его прикосновения сводили с ума. Страх, раздражение, злость растаяли. Вместе с солнечным светом покинул Машу и стыд.

— Пойдём ко мне? — шептал Паша ей на ухо.

Маша не могла отказаться от этого предложения, она была уверена, что пожалеет. Но также хорошо она осознавала, что больше всего на свете она хочет снова окунуться в воды первой любви.

Ходики отсчитали 3 часа ночи, когда Маша выбралась из постели, взглянула на спящего Пашу. Она снова уходила, не дождавшись его пробуждения. То ли от того, что темнота ладонями обнимала его лицо, то ли из-за того, что он спал, выглядел он так же, как и15 лет назад.

Маша окинула взглядом комнату, старая посуда, небрежно брошенные в угол вещи, какие-то авто детали- все это казалось ей таким мало прилагаемым к ее жизни. Что общего у них может быть? Она бросила на Пашу последний взгляд и выскользнула в сад.

Надвигалась гроза. Ветер раскачивал верхушки деревьев, рвал ветки. Крупные капли падали на плечи. Маша шла быстро, не оборачиваясь, ее била дрожь. Она мысленно прокручивала его прикосновения, снова вздыхая. Но, кроме этого, совершенно не могла представить, что скажет сейчас Кате и ее семье. Где она пропадала весь вечер.

Дождь усилился. Маша почти бежала. Около забора нервно оглянулась. Было тихо, свет в окнах не горел. Она вошла в калитку. На ступеньках террасы сидела Катя. В руках у неё светился телефон, на плечи был наброшен пуховый платок. Волосы, рассыпанные по плечам, завивались барашками, она откидывала их назад, но ветер упрямо возвращал пряди на грудь. От скрипа калитки Катя вздрогнула и подняла глаза. Маша подошла к ней и села рядом.

— Нагулялась? — озабоченно спросила Катя.

— Более чем, извини, я должна была предупредить…