Книга Княгиня Ольга. Истоки, страница 85 – Лада Отрадова

— Девиз торговцев. Птица не сеет, не жнет, а сыта живет, — отвечает незнакомец и, получив от собеседника утвердительный кивок, улыбается.

Корабль тихо поскрипывает, когда оба мужчины опускаются в его чрево и исчезают из виду.

Внутри корабля атмосфера полностью меняется. В воздухе витает атмосфера тайны, шепот самых разных языков и запах опасности. Таинственная фигура, так и не снимая своей маскировки, проходит вперёд и протягивает пожилому седовласому мужчине, что ждал его на борту, серебряную монету с оттиснутой на ней руной " ᚱ ", обозначающей путь.

— Князь велел передать это как знак того, что мне можно доверять.

— Доверять чуть больше, чем ранее, — добавляет обладатель окладистой бороды и головы с глубокими залысинами. — Тебя послали не просто так, верно?

В тускло освещенной каюте на большом столе разложена карта из пергамена, на которой изображены соседние государства и владения самого сидящего на киевском престоле правителя. Одним отточенным движением своего клинка знатный муж отсекает верх карты и берёт его в руку: на обвисшей недублёной сыромятной бычьей коже можно заметить очертания Волхова, Ильменя и стоящего на их берегах города.

— Здесь, в глубинах этого судна, секреты продаются как товар, — показывает отрез карты своему оставшемуся инкогнито собеседнику мужчина и ухмыляется. — Твой князь предлагает именно такую цену за моё молчаливое содействие и помощь?

Фигура в плаще и капюшоне, глядя на заинтригованного хозяина корабля, некоторое время молчит, прежде чем ответить в весьма завуалированной манере:

— В тяжёлый час узнаешь верного человека. Подумай над этим.

Бородатый мужчина кивает и крутит серебряную монету в своей морщинистой, с пигментными пятнами, руке, прежде чем торопливо убирает её в карман шароваров из дорогой ткани. Через час, с наступлением рассвета, загадочная фигура покидает борт судёнышка, оставляя того, кто был свидетелем этого визита, размышлять о своём решении и делать верный выбор.

* * * * *

Ощущение чего-то нехорошего только усиливается, а под ложечкой начинает сосать.

Ранее спокойная и послушная Молния принимается громко ржать и мотать своей головой с большими умными глазами, в которых читается тревога. Ольга чувствует, как напрягаются мышцы кобылы под ней, когда воспитанница Щуки в очередной раз смотрит во мрак ночного леса.

Взволнованная варяжка сама смотрит в переплетения ветвей в этой забытой богами чаще, пытаясь понять, чем вызвано беспокойство лошади. Повернув голову, она замечает движение за деревьями. Страх охватывает сердце дочери Эгиля, когда она осознаёт, что в полумраке может скрываться что-то по-настоящему опасное.

Подстегнув гнедого скакуна, она изо всех сил натягивает поводья, но лошадь, охваченная страхом, не сдвинулась с места. Ещё раз. Ещё раз! И всё равно — безрезультатно.

Непослушание Молнии только усиливает панику беглянки.

— Молния… милая, пожалуйста… давай выбираться отсюда, — шепчет девица и гладит свою лошадь по голове. — Куда угодно, здесь нам нельзя оставаться.

Однако кобыла, охваченная первобытным страхом, не смеет пошевелиться, лишь только на месте ударяя копытами по лесной подстилке в такт своему участившемуся сердцебиению. Ольга ещё раз осматривается по сторонам, но никого поблизости нет, странный силуэт словно сквозь землю провалился!