Книга Франческа, страница 48 – Джоан Смит

— Лорд Дивэйн с визитом к леди Кэмден, – сказал он, когда дворецкий ответил на его звонок.

Лакей ничего не знал об отношении своей хозяйки к лорду Дивэйну и пошел в гостиную объявить гостя. Леди Кэмден только что спустилась вниз. Дворецкий предположил, что дело касается поместья. В прихожей Дивэйн слышал, как называют его имя, затем последовала гробовая тишина.

После долгого молчания он услышал голос леди Кэмден:

— Меня нет дома для лорда Дивэйна, Полтер.

Франческа была в ярости и даже не пыталась понизить голос. Пусть он слышит, что она не позволит ему войти. Как он только осмелился прийти сюда, после столь бесцеремонного поведения!

— Хорошо, мадам, – Полтер повернулся, чтобы пойти и сказать гостю результат, но тут же оказался лицом к лицу с очень высоким, широкоплечим дворянином, который сардонически усмехался.

— Спасибо, Полтер, – сказал Дивэйн и пошел прямо в гостиную.

Полтер беспомощно покачал головой и удалился.

Дивэйн педантично поклонился и подчеркнуто вежливо стал говорить:

— Мне было неприятно слышать о вашем нежелании видеть меня, леди Кэмден.

Она поднялась с софы, бледная, как призрак, оцепеневшая, не веря во все происходящее. На ее совершенно белом лице темные, горящие от гнева глаза были похожи на раскаленные угли.

— Убирайтесь! – сказала она.

Дивэйн продолжал идти к ней.

— Я пришел извиниться за то, что грубо вел себя на прошлом вечере и, возможно, причинил вам боль. Можете себе представить, что я почувствовал, увидев вас снова с мистером Кейном! – Ему вдруг вздумалось изобразить ревность.

— Убирайтесь! Повторяю вам! – воскликнула Франческа, показывая пальцем на дверь.

— Но позвольте же мне все-таки сказать слово. Каждая собака кусается по-своему, а мы с вами убежденные любители собак, вы и я. Ну, успокойтесь, нет необходимости применять ко мне такие суровые меры, Франческа.

Немного успокоившись от его извинений и раздираемая любопытством, она присела. Дивэйн сел на стул, стоявший к ней ближе всего и дотронулся до ее руки. Это уже было слишком и Франческа отдернула руку.

— Говорите, что вы хотели и уходите, – сказала она холодно.

— Я пришел поговорить об ожерелье, – он посмотрел ей в глаза. Да, это задело ее.

Она взглянула на него беспомощно. Но, тем не менее, с какой-то надеждой.

— Ах, и вы слышали об этой истории?…

Только этих слов ему и надо было. Он пересел к ней на софу, подбадривающе обнимая ее за плечи.

— Бедная девочка. Весь Лондон знает об этом. На Бонд Стрит ни о чем другом сегодня и не говорили.

Она глубоко вздохнула и слегка отодвинулась от него. Было заметно, как напряглась кожа на ее лице. Она прикусила губы и с удивлением посмотрела на него.

— Полагаю, вы именно об этом хотели поговорить со мной вчера вечером? – спросил он мягко.

— Да, я собиралась попросить у вас помощи, – она робко взглянула на него.

— Я действительно очень хочу помочь вам, но терпеть не могу обсуждать подобные вопросы при всех.

— Но вы говорили, что вам надо быть сегодня в Нью-Маркете.

— Я не поехал туда, увидев, что вы действительно нуждаетесь во мне.

Неуверенная улыбка появилась на ее губах, а выражение глаз смягчилось.

— А, так вот в чем дело, мне и самой было трудно поверить, что вы могли так неожиданно изменить свое отношение ко мне.

— Мои чувства к вам не изменились, Франческа. Вы не против, если я буду вас так называть? – Она только улыбнулась, а он продолжал: – Вы помните о моих словах, что я очень хочу помочь вам? Это действительно так.