Книга Дневник Сони Колесниковой, страница 39 – Алиса Болдырева

— До выходных придётся сидеть, сложа руки? — я растерялась, усаживаясь за стол. Тишка ловко запрыгнул мне на колени, и мирно затарахтел, когда я принялась гладить его.

— А что мы можем сделать? — Константин Викторович пожал плечам, и поставил чайник на плиту. Чиркнула спичка, и одна из конфорок запылала голубоватым пламенем. — Нам пока неизвестно, кто стратилат. Мы с Носатовым пытаемся это выяснить, но он как нарочно затаился.

— Думаю, затаился он не просто так. Боюсь, происходит что-то очень нехорошее, — произнесла я, и поймала на себе вопрошающие взгляды. Громко выдохнув, я пересказала им наш с Леной вчерашний разговор.

— Да-а-а, — протянул Константин Викторович и устремил сосредоточенный взгляд в окно. — Я уже думал о том, что все эти обескровленные люди по городу стали появляться не просто так. Это похоже на часть какого-то ритуала.

— Может, кто-то из пиявцев просто не может вовремя остановится, — предположил Юрка.

— Не уверен, — Константина Викторович сместил взгляд с окна на нас. — Слишком много жертв для одного пиявца. Тут дело в другом.

— Тогда тем более у нас нет времени сидеть просто так! Нужно найти стратилата раньше, чем он провернёт то, что задумал!

— А как мы определим кто стратилат? Что мы вообще о нём знаем? — задал очень правильный вопрос Юрка. — Как его вычислить среди прочих пиявцев?

— Во-первых, он точно находится в школе, а во-вторых, стратилат обычно меченый, — пояснил Константин Викторович. — У него шрам есть или пятно родимое.

— Это не облегчает задачи, — Юркин голос прозвучал расстроено.

— Нужно проследить за учителями, — предложила я.

— Их слишком много, — возразил Юрка. — За всеми не проследишь.

— Можем начать со Скворцовой и Благовестного, — я пожала плечами. — Это всё равно лучше, чем сидеть и ждать.

— Скворцова приходит в школу самой первой, а уходит — последней, — Константин Викторович призадумался.

— И командует она похлеще Благовестного, — напомнила я.

— Это ничего не значит, — возразил Юрка.

— А вот кровь, которую я видела в пионерской комнате, очень даже может значит. Мы должны проверить, Юр, — настаивала я.

— Вы проверять точно ничего не будите, — возразил Константин Викторович. — Я сам всё выясню. Может, ты и права, Соня. Завтра я прослежу за Скворцовой, а Носатов возьмёт на себя Благовестного.

— Может, мы тоже… — начала я, но Константин Викторович глянул так, что я замолчала.

— Нет, Соня! Это слишком опасно! Мы с доктором проверим всё сами.

— А как же вы? — спросила я. — Вы сами не боитесь?

— У меня с собой оберег, до которого пиявцам не дотронуться, — сухощавой рукой он похлопал по карману своей рубашки, в которой лежал мешочек с землёй. — В воскресенье встретимся у меня. Может, к тому времени сумеем нарыть хоть какую-то полезную информацию.

Запись сделана 26 сентября 1986 года.

Пятница, 20:40.

Почти весь день сегодня провела с Юркой. Кажется, это уже вошло у нас в привычку.

Наталья Алексеевна к следующему уроку черчения задала выполнить чертёж детали в трёх проекциях, и Юрка, как настоящий друг, предложил мне свою помощь. По такому случаю сразу после школы мы отправились к нему домой, и возились с чертежом почти до четырёх. К этому времени у меня устали глаза, я перепачкала все руки простым карандашом, но осталась довольна результатом проделанной работы.